Их взаимоотношения — движения на кончике ножа. Их взгляды — магнит. Их слова — отточенный танец. Их любовь — ненависть.

В первый раз вызвав свой телесный Патронус, Драко падает без чувств в руки своего бывшего врага.

Когда Поттер заметил отсутствие Драко на уроках, подумал, что тот снова прогуливает, изображая умирающего клубкопуха в Больничном Крыле. Но когда Малфоевский Патронус малоразборчивым тоном прогундосил о Выручай-Комнате, Гарри немного обеспокоился

Как выжить в карантин? Пускать слюни на своего милашку-соседа, конечно.

Поттер забыл о течке своего омеги и поспешил исправить свою ошибку.

Драко уже привык к тому, что Гарри приходит из Аврората в ужасном настроении.

После победы во Второй Магической Войне Гарри Поттер прослыл жестким руководителем, жестоким аврором и специалистом по Непростительной Магии. А еще странным – ведь его мужем стал бывший Пожиратель Смерти, сам Драко Малфой. Когда на третью годовщину победы над Волан-де-Мортом Драко Малфой входит на бал с избитым лицом и хромает, весь магический мир признает, что Гарри Поттер стал еще и домашним садистом.

Драко прячет свои шрамы под одеждой; носит мантии, застегнутые под самое горло, и никогда не закатывает рукавов рубашки.

Крик. Истошный, протяжный, надрывный. Драко распахнул глаза, пытаясь проснуться: "Опять?" Он рывком спрыгнул с кровати, бросился к источнику звука. Поттер. Снова кошмары. Малфой резко отдернул полог, шепотом кинул заглушающее... Черные волосы Гарри разметались по подушке, глаза были зажмурены, нижняя губа закушена, кулак стискивал одеяло... Драко привычно взял его за руку и застыл...

Альфа Гарри Поттер — Лорд дома Блэк и Спаситель волшебного мира. Очень немногие вещи могут заставить его потерять над собой контроль. Одной из них является постоянный флирт его наречённой омеги с другими альфами. P.S. Драко обожает, когда его альфа теряет над собой контроль. На русский название переводится как «Поддразнивание».

Однажды в гриффиндорской гостиной появился хорек.

Драко не умеет спать нормально. Его привычки в этом деле своего рода аховые.

Малфоя похитили. Ему о-очень страшно, ведь искать, спасать и мстить за него будет сам Гарри Поттер. Как неудачно... И почему его похититель такой идиот? Из-за него свидание и празднование их с Гарри годовщины откладывается.

После свадьбы Драко Малфой не стал другим человеком — он стал ещё более избалованным. Теперь вместо «мой отец узнает об этом» звучит куда весомее: «мой муж узнает об этом». А Гарри Поттер? Он в курсе. Он узнаёт. Он тащит чемоданы, покупает подушки в шесть оттенков серого, делает мохито с базиликом и терпеливо слушает про моральное страдание текстурой. Потому что любовь — это не только «в горе и в радости». Это ещё и кашемировые носки. Флафф. Брак. Капризы. Забота. И очень, очень много подушек.

Иногда непредвиденные побочные эффекты – это не худшее, что может с тобой приключиться.

Эта дуэль была неправильной с самой первой секунды. Ни один участник дуэльного клуба ее бы не одобрил. Потому что ни Гарри, ни Малфой, разозленные друг на друга донельзя, даже не подумали позвать на нее секундантов, так торопились прикончить друг друга.

Соулемейт AU — у каждого человека есть фамильяр, являющийся осколком души его соулмейта. Фамильяр имеет вид внутреннего зверя того, от чьей души он откололся (все помнят Анимагов?)

Драко почувствовал, как внутри все похолодело, а сердце заколотилось где-то в желудке. Ему ни за что нельзя было отдавать фамильное кольцо. ...Это чертово кольцо было единственным, что спасало его от родового проклятья. И если он его снимет, то проклятье немедленно вступит в силу и уже ничего ему не поможет, и ждать его будет одно - медленная и мучительная смерть.

Гарри всегда замечал девушек с макияжем. Правильно подобранный тон, накрашенные ресницы, помады… Гермиона с аккуратными черными стрелками, едва заметными на ее коже, густыми ресницами и ярко красными губами вызывала у него восторг. О возбуждении, разумеется, речи не шло, да и за десять лет отношений Гарри смотрел на Драко по-разному: с удивлением, с восхищением, с обожанием и любовью, но он никогда не смотрел на него так. Это напрягало. Это злило. И это пугало.

— Знаете, что я вам скажу? — прошептал Драко, и его голос был сладок, как яд. — Я сейчас ничего вам не сделаю. Я даже не стану жаловаться на вас вашему начальству. Потому что я пойду к своему мужу. И я расскажу ему, как какой-то жалкий чернильный клерк посмел оскорбить его супруга. Посмел усомниться в нашем браке. Посмел назвать его требования «капризами».