...или уроки пикапа от Сукуны Рёмена. У кого ещё спросить совета в любовных делах, если не у короля проклятий с тысячелетним опытом?

Однажды Юджи расскажет, что лежит у него на душе ещё с того дня, как он получил от Годжо эту сшитую на заказ униформу. – Годжо-сенсей.

Здесь нет клятв в вечной любви, но есть двое людей, сведенных случайностью и связанных нитью судьбы. Здесь нет розовых линз, но есть поломанные жизнью души, находящие успокоение друг в друге. Здесь нет волшебства, но есть реальность, в конце которой виден луч надежды. AU, где Годжо священнослужитель, помогающий Итадори найти причину жить.

Обычно Юджи не говорит о проблеме по телефону только по трём причинам: либо проблема слишком серьёзная, либо проблема слишком пикантная, либо… проблема настолько несерьёзная, что если сказать о ней сразу – Мегуми вообще не придёт. [ау!Сибуи не было]

«Пожалуйста, не курите в окно с северной стороны. Ваш дым летит в мою квартиру. С уважением, Инумаки Тоге»

Мегуми замечает, что кончик уха у Юджи очаровательно алый – идеально сочетается с копной розовых волос. Если присмотреться, по веснушчатой щеке тоже расползается лёгкий румянец. Раньше Юджи от шуточного флирта так не краснел. И глаза первым не отводил – всегда смотрел прямо, уверенно. Впрочем, Мегуми и сам не столбенел при любой неловкой ситуации рядом с ним. А вдруг Сукуна не врёт? [ау!Сибуи не было]

Фушигуро Мегуми уверен: он всегда слишком медленный. Слишком медленно добрался до места, где должен был быть палец Сукуны. Слишком медленно реагировал на атаки проклятья, тем самым заставив своими действиями Итадори съесть этот чертов палец. Слишком медленно продумывал план, когда ему пришлось бежать, оставив Юджи позади с проклятьем. Одного. Фушигуро Мегуми всегда бежал быстро, но всегда этого было недостаточно, чтобы успеть.

Мегуми берёт сироп, принесённый Итадори, и поливает им блины. Они едят с одной тарелки. Вокруг тихо, если не считать скрежета вилок и слабого тиканья часов в гостиной. Итадори отламывает кусок и пододвигает его к Мегуми, молча призывая съесть ещё. Или Мегуми понимает, что блины – лучшее лекарство от бессонной ночи.

Он пялится в свой кофе с упорством безумца и, вспоминая обжигающее тепло чужих пальцев, молится, чтобы все это оказалось лишь очередным проклятием, а не тем, что он думает. Проклятия изгонять он умеет, чувства же – не особо. Да и какого рода эти чувства?

Мегуми видел лишь агонию, яростную и бешеную, в которой бились каменные джунгли, заживо хороня в своих лабиринтах крошечных муравьев. А потом тишина, наступившая внезапно и слишком резко. В ней Фушигуро впервые мог различить, насколько громко звучали его мысли. И среди них все отчетливее был слышен скрипучий нечеловеческий вой смерти, приобретшей поистине уродское обличие.

- Это называется влечением, малец, - подсказывает ему Сукуна. Он не уточняет, про что именно говорит, но Итадори все равно понимает. Шарик в языке Фушигуро давно не дает ему покоя. - Не может быть, - отмахивается он сразу же. Слишком уж ему хочется на корню пресечь такие заключения. Потому что это полнейшая неправда. Он повторяет еще раз, чтобы закрепить: - Этого не может быть. - Ну-ну, - Сукуна цокает языком с его щеки, - а ты проверь еще разок, и не забудь потрогать и попробовать на вкус.

В мире шаманов слишком многие умирают преждевременно. И желание год за годом жить и стареть вместе с другим человеком – что-то вроде неисполнимой мечты.

Сначала Юджи кажется: поцелуи по дружбе – не такая уж плохая идея. Затем Юджи думает: дрочка по дружбе – звучит весьма удобно. Теперь Юджи понимает: он попал в серьезную передрягу. Потому что Мегуми, похоже, у него под кожей.

Мозг Юджи словно вскипел, сварился и умер, но губы Мегуми так непозволительно близко от его собственных, что былое смущение попросту испаряется. Он сам подается вперед, и… «так, стоп. Вы, двое конченных, еще и педики, что ли?». Сукуна. Черт, он совсем забыл о нем.

После произошедшего в Сибуе бдительность терять было под запретом. Но Фушигуро даже не подозревал, что потерял её задолго до этого.

Его напряжённые скулы отведены назад, лицо подразумевает совсем не милое выражение. Мегуми томно рычит, убирая руку от моего лба, и я вижу потерянность на его лице, что с резким ужасом меняется на режущие уши крики и бегущие по его изрезанным щекам слёзы.

Лицо Фушигуро так близко. Вот-вот коснешься его – и вспыхнет молния, закроешь глаза – и пророкочет гром. Соприкоснешься с его ресницами – и потеряешься. История, где голос Сукуны слишком громкий в голове Итадори, и он не знает, как его заглушить.

Юджи снятся плохие сны

Во всем был виноват, конечно, Итадори.

Принято считать, что Итадори Юджи не боится ничего, кроме «неправильной» смерти. Но один странный страх у него внезапно находится.