События этой истории продолжают разворачиваться все более и более интересным образом. На этот раз Джером и Готье решили выбраться отдохнуть в санаторий. Но того, чем закончилась их поездка, они явно не ожидали…

Кто ж мог подумать что видавшая многое треша ванная потерпит еще одно купание при странных обстоятельствах? Джером Батлер и подумать не мог, что в очередной раз станет главным героем этой неловкой истории.

Вечеринка у Скэриэла в честь поступления в академию СиВ, под воздействием алкоголя перерастает в очень увлекательную игру.

Во время очередного ночного визита, Скэриэл застал Готье за мастурбацией и решил ему помочь.

Они не разговаривали друг с другом две недели. Первая прошла довольно быстро, потому что Скэр остывал: демонстративно отворачивал от него нос на совместных парах, держал дистанцию минимум в пять метров и собирал старую компанию из Оливера, Оливии и Леона, демонстративно игнорируя Готье. Того, кажется, последнее особенно задело. Скэриэл не мог понять, нравится это ему или нет. А вот вторая неделя была настоящим адом.

Готье ещё раз прошёлся взглядом по платью, оно сидело как влитое, только и дождавшись своего человека. Нет, Скэриэл определённо не выглядел женственно, острые мужские скулы, худое и резкое в чертах телосложение никак не могло напомнить женщину, не важно смотришь ты на него или трогаешь. И именно сейчас Готье наблюдал, сглотнув. Выдавить из себя одно слово было тяжело из-за смущения.

Белый шнурок, завязанный бантиком, ощущается, как упаковка на самом желанном подарке, которую так и хочется развернуть. Взгляд цепляется за ямку пупка, за хрупкое запястье и раздвинутые ноги. Рука Готье лежит на животе расслабленно, и Скэриэлу страшно хочется накрыть ее своей ладонью, более грубой и крупной, сжать его пальцы, а после — переплести их.

— Так что неважно, что думают они, — шепчет Готье. Скэриэл смеётся, наотмашь целуя его. — Вот и правильно… Пусть думают, что хотят. А ты — мой. — Он запрокидывает голову, чтобы посмотреть на Готье снизу вверх. — Только мой… Да?

Готи и Джер соперничали друг с другом за внимание Скэра, но после из глаз начали сыпаться не искры гнева, а искры страсти. Лоу же любя их двоих и наблюдая за ними хотел объединить их в результате революции. Но видя, что те больше не пытаются убить друг друга взглядом начинает чувствовать себя третьим лишним в этой тусовке. И вот два парня объединяются и пытаются вместе уложить полукровку.

Последние дни в Запретных землях.Уже завтра Скэриэл уедет на учебу в Академии, и совсем перестанет появляться за ее территорией.Все свободное время уделяя Готье.А Джером останется , продолжит развитие дома "Спасения и Поддержки" , ставшего главным смыслом продолжения его существования. Он так же продолжит следовать за Скэриэлом , помогать ему, даже если Скэриэл вовсе про него забудет...

— Продолжишь отрицать, что тебе это нравится? — на лице Скэриэла снова появилась эта хитрая улыбка. Он сорвал болтавшийся галстук и кинул его в сторону. Их лица были в сантиметре друг от друга, когда Скэриэл приподнялся, спуская ноги на пол. — Кто вообще надоумил тебя напялить на себя это чёртово платье, — прорычал Джером, получив в ответ усмешку.

Он сжал зубы, чтобы не стонать, и вжался в футболку лицом. Плотная, мягкая ткань, пахнущая кровью и чем-то ещё приторно-горьким. Джером выругал себя — и всё равно не остановился.

"И Коралина плачет, Коралина терзается, Коралина хочет моря, но боится воды. А, может быть, море внутри неё?" Джером боится воды. Джером тонет и не может сделать ни вдоха. Скэриэл тянет Джерома на самое дно, ни оставляя ни шанса всплыть на поверхность. – Я люблю тебя, Готье. – С придыханием говорит Скэриэл, утыкаясь чистокровному в шею. Джером не может дышать.

Гедеона облапали.Люмьер не понимает в чем дело

Здесь будут публиковаться работы связанные с кинк нояборем. //Работа завершена, но будет пополняться, так же как и метки с пейрингами

«Бесил ли Люмьера Оскар? О да, очень. Мало того, что он тогда оплошал перед Гедеоном, так ещё и постоянно крутится возле него, пытаясь извиниться и выяснить, почему тот так обижен. Иногда вторая причина становилась каким-то огонечком для ревности Люмьера.»

Гедеон обычно не играл в дурацкие тусовочные игры, но в этот раз процент алкоголя в крови и гнев на Люмьера сделали свое дело. Семь минут в раю? Раз плюнуть.

Они толкали друг друга к постели, переплетаясь в безобразных, слишком спешных объятиях. Стоило рухнуть на идеально выглаженные одеяла, как из двери донесся неспешный и сквозящий опасностью голос: — Я немного не понял. — Скэриэл требовательно сверлил затылок Джерома, иногда переводя косой взгляд на полуголого Готье.

Металлический звон пряжки раздался слишком громко в тишине. Скэриэл перевел взгляд ниже и успел увидеть, как Готье неспешно вытягивает ремень из шлёвок. — Что за... — он попытался вывернуться, но слишком слабо, — вы совсем, да? — Просто адаптируемся к обстановке, — пальцы Джерома — теплые, уверенные — скользнули к запястьям, и в тот же миг Скэриэл ощутил, как на коже затягивается что-то грубое. Он дернулся, но только сильнее затянул петлю.

История о том, как Скэриэл с Готье учили Джерома стиху Пушкина, или о том, как Джером помогал им согреться.