У Ильи раскалывается голова, во рту сухо как в пустыне, но ЧЁРТ, как же этот мужчина горяч. Где-то рядом тревожно пищат приборы, но Илья видит только его. Или: муж Шейна подкатывает к нему, а потом рыдает, узнав, что у Шейна вообще-то есть муж.

Вот кто, кто, блядь, спит с коллегой? Это же так глупо. Это принесёт только проблемы, которых и без этого предостаточно. Одноразовый секс должен быть с тем, кого ты больше никогда не увидишь. Или увидишь один раз — задорно подмигнёшь и пойдёшь дальше. А не будешь переодеваться в раздевалке, ощущая, как по тебе скользят жадным, слишком внимательным взглядом.

Когда Шейн был недоволен Ильёй, в его интонациях появлялась особая интенсивность — она манила Илью, как сирена, своей сексуальностью грозя свести его прямо в могилу. Ничто не заводило его сильнее, чем то, как муж ставил его на место. Или: пять раз, когда Илья выводил Шейна из себя, потому что его заводило, когда муж на него кричал, и один раз, когда Шейн раскусил его.

Застрять в лифте – в принципе удовольствие сомнительное. Особенно с тем, кто сделал умение действовать на нервы своим личным видом искусства. И уж точно не с давним соперником твоего сына, которого ты ненавидела целую вечность. Но оказавшись в лифте с Ильёй Розановым, Юна вдруг понимает: всё не так однозначно, как она думала.

«Стив Томпсон. Дал ему твой номер. Повеселись, милый». Илья сознательно пошел на эту провокацию. Он ожидал в ответ что-то вроде «Пошел ты нахуй, Розанов» или «Я не собираюсь играть с тобой в эти игры, придурок», ну или что-то остроумное и наполненное сарказмом. От настоящего ответа Шейна Илья даже выпрямился на стуле и задержал дыхание. «Ваш огромный центральный защитник? Надеюсь, размер его члена прямо пропорционален его росту».

— Подарок. Но я не знаю, от кого. Кто-то тайно дарит мне всякие вещи, и это – уже четвертая.

пять раз друзья Шейна и Ильи волнуются, что те находятся на грани развода — и один раз понимают, что они флиртуют ИЛИ это открытие ни капли не уменьшило напряжение между Холландером и Розановым. они борются за каждый гол. иногда, когда Оттава ведет с разницей в несколько очков, Хейдену даже кажется, что они соревнуются за шайбу. он мотает головой. он знает, что они любят друг друга, но, мужик. может ли хоть какой-то брак выдержать столько соперничества?

Шейн намерен сказать твёрдое нет. У него огромное желание сказать Илье Розанову — высокомерному солисту Большого театра, засевшему у него в печёнках, — отвалить на хрен и прекратить передвигать декорации. Но, вопреки всему, Шейн обнаруживает себя на коленях перед ним в гримёрке — очевидно, не так директор сцены должен разрешать конфликтные ситуации. Три недели до премьеры. Одно неразрешимое соперничество. И ни малейшей надежды на благополучный исход.

— Вас стоило назвать «Оттавскими щенками», — бросает форвард «Торонто» Свенссон. Это даже не тянет на оскорбление, так что Илья пропускает его мимо ушей, пока тот не добавляет: — Слышал, Холландер держит вас на коротком поводке. Илья вообще-то капитан, так что если кто и должен держать поводок, то это он. В английском языке слово you может быть в единственном, и во множественном числе. Но Илья прекрасно понимает, что пытается сказать Свенссон. Он говорит: Илья Розанов — ты сучка Холландера.

Макс встает, снова начинает расхаживать по комнате и говорит: — Ну то есть, что мне делать? Я не могу сказать им, что только сейчас узнал. Уже слишком поздно для этого. — Да все в порядке, — слишком уж оптимистично заявляет Трой. — Ничего такого страшного. — Ага, тебе легко говорить, ведь не ты же слышал, как Илья говорил Шейну, что скучает по его грязному маленькому ротику. или: новичок «Кентавров» говорит по-русски. Жаль только, что Шейн и Илья об этом не догадываются.

Шейн испытывает сабдроп после их встречи в Вегасе. Илья исправляет ситуацию.

Шейн Холландер — «золотой мальчик» хоккея, скрывающий свою ориентацию и многое другое. Илья Розанов — профессиональный доминант, которому есть что терять, и к тому же с просроченной визой. *** В рамках их договорённости в закрытом кинк-баре Монреаля, где соглашения о неразглашении хранят секреты, а сессии оплачиваются почасово, они понимают: самое опасное — не разоблачение, а желание большего, чем допускают эти часы.

Шейн Холландер открывает глаза в больничной палате, уверенный, что на дворе 2016 год, а Илья Розанов — его главный соперник, которого нужно ненавидеть. Но мир изменился. Сейчас 2025-й. Они играют за одну команду, живут в одном доме, и Илья Розанов носит обручальное кольцо. Шейну предстоит прожить девять лет заново, научиться доверять «врагу» и выяснить, сможет ли он влюбиться в собственного мужа во второй раз.

Когда Шейну Холландеру было семь, он ненадолго потерялся в аэропорту. К счастью, доброта незнакомки помогла ему благополучно вернуться к родителям, положив конец трем страшным часам для семьи Холландеров. Спустя двадцать лет (и одно жаркое соперничество) Шейн узнает имя своей спасительницы. Спустя двадцать лет Илья понимает: его желание уже исполнилось.

Илья один раз упоминает Шейна в послематчевом интервью и больше не может остановиться. Он профессионально говорит о нём десять лет подряд, а Шейн профессионально его игнорирует. Ну, вернее их фанаты так думают. Но не все. Некоторые собирают золотую коллекцию моментов разных лет и очень надеются, что однажды Шейн ответит Илье взаимностью.

Остались ли вообще причины завидовать Илье Розанову? Когда его семейную жизнь в Оттаве называют скукотищей, Розанов отвечает списком вещей, за которые ему точно стоит завидовать. Причина #6 вас шокирует! (Вовсе нет)

Что, если бы Шейн так и не пожал руку Илье в тот день в Саскачеване, и они остались соперниками на долгие годы? Каким был бы их первый раз уже в зрелом возрасте?

Фотографии Шейна разлетаются по сети, и Илья вынужден признать горькую правду: ревность не имеет значения, если тебе нечего терять. Или: Фотосессия Wonderland разворачивается во вселенной «Heated Rivalry», и Илья сталкивается лицом к лицу со своими демонами.

Клифф выясняет, почему Илья скрывает свою монреальскую девчонку: она вовсе не девчонка... а пожилая женщина. Или, может быть, пожилой мужчина?

Шейну Холландеру нравится думать, что ему удаётся поддерживать свою репутацию безупречной. Социальные сети обожают находить причины с этим не согласиться.