Ещё больше он ненавидел дурацкого нарисованного жирафа на грамоте: этот взгляд сверху-вниз превращал дружелюбную, туповатую улыбку в надменный оскал, как будто жираф с первого дня пребывания в этом доме знал, как сложится вся его дальнейшая судьба. Как будто говорил: «Я знаю, что из тебя вырастет».

Его жизнь принадлежит Джимми.

«Так ответь мне, Кëрли... Ты ненавидишь меня?»

Простит ли Керли его за это? Да, думает Джимми. Он прощал ему поступки гораздо хуже.

Может быть все ещё можно было исправить. Возможно даже рай был ближе, чем он думал.

«Что, если бы Дайске успел спасти Аню ценой своей жизни?». Работа основывается на размышлениях об ином развитии событий.

Ты все исправил, Джимми, ты такой молодец. Ты починил то, что сломал, теперь твой день рождения. Празднуй. Празднуй. Смотрят три пары мертвых глаз. А вот и торт. Он глядит то ли в страхе, то ли в смирении. Веселись. Ты хороший мальчик, Джимми. Красный. Красный свет вспыхивает. Празднуй.

Дайске, должно быть, является самым прямым посыланием нахуй от Пони Экспресс. [просто Дайске и Свонси чиллят в машинном отделении]

...был найден повреждённый корабль, дрейфующий в космосе, с четырьмя трупами внутри и одним живым изуродованным человеком в криокамере. Кёрли вылечился. Но не морально.

— Сейчас много где требуются пилоты, — подсказал Кёрли. И ты не просил у него советов, так что это было совсем не его ума дело, но то, как Кёрли произнёс эту фразу, — какая очаровательная улыбка озаряла его лицо — заставило тебя подать документы.

джимми уже не впервые доделывает за аней перевязки — она больше не выдерживает.

А в голову Джимми прокрадываются две мысли. Первая – Кёрли в сознании, а, значит, веселье продолжается. Вторая – даже перестав походить на человека, Кёрли не утратил то, за что его все так любили и так яростно ненавидел сам Джимми.

AU: На момент крушения в кабине оказывается Джимми, а не Кёрли.

AU, в котором Джимми не узнал о свободной криокапсуле, оставшись с Кёрли и страхом один на один.

Двери в "каюты" не закрываются (Джимми проверил).

— Мы всё исправим, Джим, — сказал Кёрли. Джимми не ответил. По лицу его стекала кровь из дыры от пули во лбу.

В этот раз Свонси действительно задел его. Хотя... казалось бы, он и раньше никогда не скупился на оскорбления. Почему же именно теперь Дайске решил его избегать?

если бы капитан застал второго пилота за совершением трагического замысла.

Джимми нуждается в нём, и это не прихоть — потребность. Полностью утолить её удаётся в перерывах между рейсами, когда Кёрли не несёт ответственности за некомпетентный экипаж, допотопной модели корабль, очередной бесполезный груз, блядскую репутацию не менее блядского Pony Express и прочую ерунду.

- Я бы хотел, чтобы мне рассказывали побольше, понимаешь? Дайске вздохнул, и Кёрли слегка приподнял голову. - Я остаюсь в неведении относительно, пожалуй, всего. Кроме того, что мне нужно знать, по их мнению. Кёрли откинул голову на подушку, просто глядя перед собой. Бинты натирали. Его единственным ответом было прерывистое дыхание. *** - Вы бы сказали мне правду, капитан? Если бы у вас был голос. И если бы вы вообще знали.. Я-я не знаю...