Сборник драбблов, преимущественно PwP, на челлендж "Романтические ОтМетки". Подробная шапка с метками - перед каждой главой.

— Вас стоило назвать «Оттавскими щенками», — бросает форвард «Торонто» Свенссон. Это даже не тянет на оскорбление, так что Илья пропускает его мимо ушей, пока тот не добавляет: — Слышал, Холландер держит вас на коротком поводке. Илья вообще-то капитан, так что если кто и должен держать поводок, то это он. В английском языке слово you может быть в единственном, и во множественном числе. Но Илья прекрасно понимает, что пытается сказать Свенссон. Он говорит: Илья Розанов — ты сучка Холландера.

Шейн Холландер был хорош в хранении секретов. Он хранил один довольно большой секрет больше десяти лет, и никто не узнал о нём, кроме тех, кому он сам хотел рассказать. Секрет, конечно же, заключался в том, что он был женат на своём главном сопернике на льду, Илье Розанове. Когда Илья получил травму на льду, Шейн был вынужден сказать персоналу больницы, что он его муж, чтобы увидеться с ним, тем самым раскрыв их большой секрет.

История о том, как Шейн узнаёт о русской уменьшительно-ласкательной форме имён, становится одержим формой имени Ильи и совершает огромную ошибку.

крошечное ау, в котором стать знаменитостью можно всего за одну ночь, а коннору и хадсону посчастливилось пройти через это вместе.

Шейн надевает джерси Ильи во время секса.

Илья наблюдает за рассветом над озером у коттеджа, когда к нему присоединяется Шейн и озвучивает свою небольшую просьбу. — Да, — выдохнул Шейн. — Так вот, я хотел спросить… в следующий раз, когда мы будем заниматься сексом… ты бы хотел, э-э, обойтись без презерватива? Потому что я уже давно мечтаю почувствовать тебя кожа к коже внутри себя, и это сводит меня с… Шейн не успел договорить, потому что Илья подтащил его к себе и начал целовать — кусая, яростно и ненасытно.

Оказавшись между гулом арены и тишиной за запертой дверью, Шейн упорно твердит, что терпеть не может Илью, но всё меняется, стоит только Илье прижать его к стенке. И вот слово «папочка» слетает само собой, а Илья называет его «малыш» так, будто даёт обещание, которое точно намерен сдержать.

Для Ильи Розанова называть Шейна Холландера своей фамилией за закрытыми дверями спальни стало чем-то вроде личного фетиша. Это была их тайна, их маленькая игра в «присвоение», которая никогда не должна была выйти за пределы квартиры. Но адреналин после победного матча — штука коварная.

Джеки и Хейден решают взяться за личную жизнь Шейна и свести его с подругой Джеки. Но у Шейна и Ильи совсем другие планы на этот вечер. Итог: ревнующий друг, растерянная гостья и один русский, который подозрительно хорошо ладит с детьми.

Шейн получает травму в матче «Бостон» — «Монреаль». Илья срывается и скупает для него все лилии в Бостоне. Никто об этом не знает. Никто, кроме нового флориста Ильи, никогда не желавшего ввязываться в дела глупых хоккеистов и их запутанные драмы. К слову, Клифф — хороший друг.

После инцидента Шейна в больнице навещают его родители, Илья, Хейден и Клифф. Шейн под действием сильных обезболивающих не может скрыть своих чувств.

Пять раз, когда Илья (не совсем) лгал своим товарищам по команде о Шейне, и один раз, когда ему не пришлось этого делать. Или то, как «Бостонские медведи» видели «тайные» отношения Ильи и Шейна на протяжении многих лет.

После матча паническая атака накрывает Шейна Холландера прямо в раздевалке. Привычный шум отдаляется, тело теряет контроль, а попытки справиться в одиночку терпят крах. В момент уязвимости Шейн просит позвать человека, чьё присутствие всегда было его негласной опорой. — Ты хочешь, чтобы мы позвали Илью? Илью Розанова? — Да. Он… мне нужен.

У каждого есть след на коже, похожий на старый шрам: слова, которые родственная душа хотела сказать, но не смогла. Чем сильнее чувство, тем чётче метка. Илья боится Холландера так же, как люди боятся сигарет, чёртовой честности или чего-либо ещё, что может вызвать зависимость. Но одна ночь в Вегасе, когда на коже проявляется «мы даже не поцеловались», заставляет его понять: он больше не может убегать от того, кто уже живёт в его лёгких.

Шейн испытывает сабдроп после их встречи в Вегасе. Илья исправляет ситуацию.

Юна и Дэвид предлагают Илье помощь в восстановлении после сотрясения, и это в корне меняет всё, что раньше Юна считала неоспоримыми истинами.

Илья смотрит на него, беззаботная ухмылка растягивает его губы, и время замедляется. Джей-Джей несётся прямо на Илью, и очевидно, что он не успевает осознать, что тот отвернулся от него. А Илья… о боже, Илья его не видит, но Шейн не успевает открыть рот, чтобы предупредить его, и... Джей-Джей на полной скорости врезается в Илью, тот отлетает в борт, и мир Шейна останавливается. Или: а что, если бы травму получил Илья, а не Шейн?

В этой короткой вспышке гнева голос показался ещё более знакомым. За последние десять лет Дэвид слышал его по телевизору и в роликах в интернете бесчисленное количество раз. Возможно, он и не сложил бы пазл так быстро, если бы не тот факт, что весь отель был забронирован исключительно для команд «Матча всех звёзд» и их семей, а русских здесь было не так много, если не считать… Сын Дэвида тайно встречался с Ильёй Розановым.

Шейн осознаёт, что отыграл свой последний матч за «Монреаль Метрос», и пытается примириться со всем, что происходит после. В какой-то момент он понимает, что не справляется, но Илья всегда рядом, чтобы ему помочь.