Он думал, что забыл о Майке. Он убеждал себя, что это так. Он смирился с тем, что Майк никогда не будет чувствовать то же самое. Майк был на него не похож. Неприкасаемый. Недоступный. Тупик. Он смирился с этим более 18 месяцев назад, когда наступил конец света. Но теперь Майк был здесь. И он прикасался к нему. Смотрел на него вот так. Как будто хотел его. А Уилл был слишком пьян, слишком необуздан, слишком расстроен, чтобы загнать чувства обратно туда, где им самое место.

Он на самом деле не должен был ничего спрашивать у Робин. Тогда бы прикосновения остались всего лишь прикосновениями, а взгляды — взглядами. Тогда бы в голове Уилла не зародилось сомнение. Мысль, что во всем этом было вложено что-то большее, чем просто… привычка. Да, так было бы лучше. Для всех.

Майк считал вкус Уилла отвратительным и, да, возможно, в глубине души он и правда думал, что большинство парней хотели от него «лишь одного». Но разве это было его виной? Он не говорил, что Уилл этого заслуживает. Он всего лишь… констатировал факт. «Я был бы лучше», — подумал Майк и замер от ужаса. [или университет!ау с байлерами, где одна деталь помогает майку сэкономить годы]

Готов ли кто-нибудь из нас уехать в ночь, уехать в ночь А кто останется с тобой досматривать кино? /// — Нет, — Майк шипел, проглатывая дрожащие вздохи, — нет, вовсе нет. У тебя… Уилл, да демогоргон нас раздери, у тебя парень есть. Это просто аморально! — Парень? — Уилл задумчиво свёл брови, а потом тихо рассмеялся, — о, парень! Которого я бросил… минут десять назад? У выхода из общежития?

Уилл и Майк случайно подслушивают, как парочка ведёт грязные разговоры по рации, и начинают повторять друг другу некоторые из этих пошлых фраз для прикола и смешков. То, что начинается как шутка, вскоре превращается в нечто, от чего они не могут отказаться – и о чём они не могут никому рассказать. Или: Майк и Уилл начинают разговаривать друг с другом о пошлых вещах для развлечения. Они не предполагают, что это случайно возбудит их.

Майк ждёт Уилла в подвале. На его лице странная смесь подозрительности и нервного предвкушения. Он уже убрал всё со стола и разложил на нём две карточные игры. — Я знаю, ты будешь сопротивляться, — выпаливает он, делая шаг навстречу. — Но, мне кажется, это пойдёт нам на пользу. Обоим! Ну, знаешь… на будущее… когда у нас появятся… — он запинается, — партнёры. Уилл фыркает и подходит ближе, чтобы рассмотреть названия игр. «Пей или признайся» и «Правда, действие или раздевайся».

Он выглядит совсем юно, хотя у них едва ли год разницы, просто время не оставило на нем такой огромный отпечаток: щеки мягкие, кожа чистая, насколько может быть у подростка, здорового цвета, даже румяная. На него невозможно не смотреть, но чем дольше Майк смотрит, тем больше хочет наконец обнять своего Уилла, другого. Он начинает от страха сомневаться в своём решении переместиться сюда.

Уилл потянул мышцу во время волонтерства и, конечно, Майк не смог оставить своего лучшего друга в такой ситуации не предложив сделать массаж.

— Так ты не против? — спрашивает Майк таким тоном, будто рассказывает прогноз погоды на завтра. — Если я тебе отсосу.

Лондон. Август. Конец 19 века. Уилл никогда не верил в судьбу. Пока в один день ему не прислали письмо с заманчивым предложением. Его ждёт работа художника в старинном отеле, в котором исчезают одинокие гости. И именно в тот момент, когда он замечает хозяина поместья необыкновенно красивым, по ночам появляется ощущение, будто за ним кто-то наблюдает... В каждом коридоре сгущаются тени, а по ночам сознание посещают странные сны. Что скрывают хозяева поместья "Полночь"?

Тэд Уилер снова выбешивает парней

Сейчас 8:56 утра, а это значит, что будильник Уилла зазвонит через 4 минуты. Он проснётся, потом напишет Майку, что началась предтечка, и Майк ответит, что уже в пути. Он знает это, потому что превратил ухаживание за Уиллом Байерсом в искусство — тщательно отрепетированный танец обожания и заботы. Точно по расписанию экран загорается уведомлением.

Они переехали в Калифорнию. Майк работает в офисе, пишет скучные статьи и ненавидит каждый час без Уилла. Уилл рисует на заказ, держит дом в идеальном порядке и каждую ночь ждёт мужа у калитки. Это история о том, как Майк торопится домой, чтобы просто сидеть рядом и смотреть на звёзды. А иногда — заниматься кое-чем ещё под этими звёздами.

Майк давно научился жить с тревогой, которая сопровождала его каждый день. Однажды пиар-менеджер заставил его пойти на престижный литературный вечер в центре Манхэттена, чтобы «покрутиться среди нужных людей». Он не ожидал, что этот вечер изменит всё. На балконе, где Майк пытался спрятаться от толпы, к нему присоединился человек, от которого он когда-то сбежал. Одна сигарета на двоих. Пять лет молчания. И желание, которое никуда не делось.

Уилл Байерс думал, что делить комнату с Майком Уилером — это мечта, ставшая реальностью. На деле — это место в первом ряду, с которого он наблюдает неловкие попытки Майка оправиться после разрыва с Эл. Но когда бурная ночь завершается поцелуем, который никак нельзя назвать случайным, правила их дружбы тут же меняются. Уилл готов играть роль тайного возлюбленного, запасного варианта, если это значит — сохранить Майка в своей жизни. Или: Уилл не понимает, что они с Майком уже встречаются.

Майк неожиданно начинает проявлять привязанность к Уиллу

Уиллу нужна пара на свадьбу мамы. Майк вызывается добровольцем.

Уилл очень хороший друг. Поэтому он разрешил Майку связать себя. Ради учебных целей. По крайней мере, так они себе говорят.