Прогуливать пары, которые проводятся в общаге, если ты там живёшь не очень хорошая идея. Это говорили мне все, но я продолжала так делать, сидя в комнате, пока тремя этажами ниже проходило занятие. Я бы и дальше так делала, если бы в один день преподаватель, которому уже видимо надоели мои пропуски, не пришел ко мне в комнату.

Когда преподаватель посреди пары просит снять шарф с шеи, которую замотала специально, чтобы не было видно засосов, я начала раздумывать над планом мести.

Просто маленький пикник...

Я после окончания одиннадцатого класса решила дать бой своей неразделённой любви к учителю, поэтому и согласилась вместе с одноклассниками навестить его, чтобы увидеть в последний раз и «опустить». Вот только план мой с треском провалился, потому что при одном только его взгляде сердце начинает биться чаще. Да и после произошедшего о каком вообще «отпустить» может идти речь?

Мне казалось, что я её не любил. Она просто вертелась всегда где-то рядом. И порой так преданно заглядывала в глаза, что внутри что-то сжималось. Всегда шептала что-то пересохшими губами и мило улыбалась. Кажется, впервые я встретил её в институте, когда мы просто случайно столкнулись.

— Согласна. Хотя со мной ни разу таких случайностей не случалось за всю мою долгую жизнь, — продолжила девушка. — Случалось случайностей по-моему тавтология. — И сколько же ты прожила на этой бренной земле? — С явным с сарказмом в голосе уточнил парень, полностью разворачиваясь к Асе, намекая на продолжение разговора. — Вообще-то, спрашивать у девушки про её возраст — неприлично. — Сурово напомнила Ася. — Хорошо, тогда в каком году ты родилась?

А чем вы обычно занимаетесь, оставаясь одни в квартире мужчины, который является источником ваших влажных фантазий?

— Завалю ведь, — на губы вернулась неизменная ухмылка, от которой кровь толкается по сосудам чуть быстрее. — Ага, да. Того и хочу, только побыстрее уже заваливай меня, пожалуйста, — щелкнула его ремень и расслабленно откинулась назад. — Дальше сам.

И зачем он посмотрел в её глаза? Что скрывает эта всепоглощающая тьма, какие черти водятся в этом тихом омуте? Ещё и эта её помада, алая, словно кровь, так сильно контрастирует с бледной кожей. И где она витает, неужели не заметила, что преподаватель уже три минуты смотрит в её глаза?

Что ты так смотришь? Да, я сказала маме, что ты священник. Не признаваться же мне, что ты хренов наёмный киллер! Да и к тому же она набожная. Знакомство должно пройти на ура!

— Глеб Викторович, — не отступала я, сделав ещё один шаг к столу, — дайте мне сдать экзамен. Давайте я принесу доклад? — Нет, — издевательски прошептал мужчина. — Давайте я спою? — Нет. — Станцую, — не сдавалась я. — Нет, — снова озвучил он категоричный ответ. — Переспим? — болтнула я, не успев подумать. Да, мне определённо нужен красный диплом. Глаза Глеба Викторовича моментально утеряли скучающий вид, а брови вопросительно изогнулись. — Что? — переспросил он. — Что? — повторила я.

— Ваш пиджак, — тихо подмечаю я, замечая на коричневой шерсти небольшое пятно. — Ещё раз извините, пожалуйста. Я готова заплатить за химчистку. Мне очень неудобно… — Ульяна, — выдыхает руководитель, качая головой, будто уже устал повторять одно и тоже, — с этим пятном справится обычная стирка. Но если вы всё же не можете успокоиться, разрешаю вам угостить меня кофе, а после я поеду домой. Мне кажется, но я явственно слышу «если захотите», но его губы не шевелятся, а на лице играет усмешка.

— Ещё один маленький вопрос, — говорю я, открывая салон и вытаскиваю Злату, практически силком, с водительского места. Не даю даже опомниться. Прижимаю её к холодному металлу своим телом, захватывая бледное лицо в размашистые ладони и требовательно целую в губы. Брюнетка едва отталкивает меня, но я плюю на это. Это последний момент, когда я могу это сделать. Я могу это чувствовать сейчас, твою мать! Только сейчас. И не могу отказаться, грубо притягивая к себе без спроса и усаживая её на капот.

— Я ведь реально могу, — рыкнул брюнет, подхватывая одноклассницу под ягодицы и медленно выдыхая в её распухшие губы. — Что? — не поняла Бьянка, прижимаясь лбом ко лбу парня, пока он до скрежета сжимал зубы, усаживая её на край барной стойки. — Не сдержаться, — усмехнулся Паша, вновь привлекая девушку к себе, чтобы вновь почувствовать вкус вина с её языка. Необыкновенно будоражащее кровь вино. Самое сладкое. И самое терпкое из всех, что он когда-то пробовал. И дело было тут явно не в вине.

Последняя карта осталась в руках у Ксюши, когда она уже выжидающе смотрела на рядом сидящего парня, готового загадать для неё желание. — Пошли! — улыбнулся он, протянув девушке руку и вставая с кресла. — Чё? — спросил кто-то совсем перепитый, пока бывшая староста принимала приглашающий жест. — Ебаться будем, — совсем обыденно ответил Влад, потянув рыжую за собой на второй этаж, пока одногруппники гадали шутит он или нет.

— Ты просто дура, Дань! Как можно не понять, что мне не просто так противно, что сегодня ты орёшь на дурнину, когда я в тебе, а завтра глаза отводишь? — А мне приятно, что у тебя вся спина изодрана мною, а ты на следующий день выкидываешь: «у нас с Аней годовщина. Куда её можно позвать?». В жопу! — теряя контроль ответила она. — Я тебя знать не знал. Хоп! И ты пьяная на мне. А потом друзьями мы резко стали. Нельзя дружить с человеком, которого ты трахал пьяного в сортире общаги, Дарин. Нельзя!

Ну, таких уж совпадений точно не бывает! Она. Он. Замкнутое пространство. Алкоголь. Средство контрацепции. Все карты в руки, как говорится. Нужно быть полным кретином, чтобы не воспользоваться этой ситуацией! — Правда или действие, Макс? — Действие, Алёна, — ухмылялся Гущин, сделав глоток и не спуская взгляда с девушки, которая, казалось, тоже начала понимать к чему ведёт эта игра. Она пьяна. Ей жарко. Он немного пьян и уже изрядно возбуждён этими вопросами.

В этом мире был, по крайней мере, один зачет, который легко сдать с первого раза. И даже бегающие по спине мурашки, когда любимая сорочка беспощадно мнется в руках психолога — это что-то очень хорошее.

На карантине у Меллера появилась уйма времени, которую он потратил на выискивание косяков в моем курсаче. Не хватает связей, говоришь? На очную ставку я на всякий принесу веревку.

Я думала, что нашла идеального собеседника. Он мог поддержать любую тему, начиная с обсуждения классической литературы, заканчивая точными науками, но был лишь один минус. Этим собеседником оказался мой преподаватель физики.