Кайя превращается в ребёнка. Дилюку приходится с этим справляться.

— Братик Кэйа ведь поиграет с Кли в догонялки? — Конечно, Кли.

Прощальное письмо Кэйи.

Когда вся жизнь — бег по тонкому льду над тёмной бездной, невольно учишься наслаждаться каждым моментом. И Кэйа наслаждается.

— Шлюха, — прорычали ему в рот. Кэйа проглотил эти слова со стоном, который звучал почти как рыдание, потому что «шлюха» лучше, чем «лжец» и «предатель». Ему хотелось хоть на мгновение поверить, что он может быть кем угодно, но только не последними.

У Дилюка есть причины избегать вина, а у Кэйи — причины любить Дилюка и трезвым, и опьяневшим.

AU, где Кэйя - принц-шпион Каэнри'ах, а Дайнслейф его верный рыцарь.

Дилюк знал, что в тех краях ходили слухи о существе из бездны, но и подумать не мог, что существо окажется ему знакомо.

Несмотря на прошедшие годы, сопровождающиеся тщетными попытками не возвращаться мыслями в прошлое, но зарываясь в него лишь глубже, память Дилюка не позволяла ему отпустить все то, что когда-то между ними было. Но если подводит память, то, быть может, не подведет завесь изо льда, которой сам Кайя покрыл себя еще несколько лет назад?

За окном кружится снег, в доме пахнет мандаринами и апельсиновым глинтвейном, а на плече сопит чудо, так сильно любящее алкоголь, причем, совсем в неумеренных количествах. Казалось бы, идеальный праздник. Но с той же стороны тихо слышится вопрос, который мучает его последнюю неделю. Каков же ответ?

- Прошу тебя… проснись, Кэйа.

Хенджин не видит жизни без своих прошлых отношений, старается всеми способами забыть своего бывшего, и по счастливой случайности ему попадается интересный парень, что разделяет его интересы.

— Хёнджин, — шепчет Минхо, между влажными звуками. — Я не… — Я знаю, что ты не любишь меня, — Хёнджин перебивает, оставляя касания губ на крыле носа, а потом и на скуле. — Я помню. Его губы снова целуют, но на этот раз настойчивее, грубее, с жадностью и отчаянием. Язык играет с языком Минхо, руки сжимают волосы крепче. — Но позволь мне любить тебя, — выдох в уголок губ, а потом короткий взгляд глаза в глаза. Хо обещал себе, что не будет больше смотреть, но снова посмотрел. — Ещё один раз.

- Зачем ты приехал? - Захотел. И больше ничего. Ли никогда не нужны были более весомые аргументы. А вот Хёнджина категорически не устраивало то, что Минхо "захотел" прийти к нему спустя два года после расставания и просто пришел. С виски и этой улыбкой, от взгляда на которую захотелось достать из чулана мольберт. С очаровательной привычкой часто моргать и заинтересованно склонять голову набок. С этой проклятой родинкой под скулой, вкус которой даже спустя столько времени ощущался на языке.

Минхо только сейчас осознал, как же сильно он скучал по Хёнджину

— По сути, я хочу проучить Джисона. Мне кажется, если он увидит, что двое его бывших встречаются друг с другом, то поймёт, что не может вот так вот поступать с людьми. И, может быть, вернётся к тебе, я не знаю.

У Хёнджина был тяжёлый день и он думал лишь о том, чтобы наконец лечь спать в уютную кровать. Вот только буквально перед дверью он понял, что забыл ключи на работе. Будить Минхо не хотелось, но спать в подъезде хотелось ещё меньше.

– Спасибо тебе, Джини, что появился в моей жизни, – сколько благодарности и признательности в этих словах – нельзя описать словами. Минхо ненавидит судьбу за их встречу, но в то же время готов упасть ей в ноги за то, что однажды свела его с Хёнджином. С Хёнджином, что научил его любить, став его наградой и наказанием.

Хёнджин переживает очередной разрыв. Ему разбили сердце, и теперь он хочет потеряться, а поэтому просит своего хёна переспать с ним.

Зал кричащий «горько», и Минхо, что было горько на душе. Хотелось взвыть, закричать, рвать на себе волосы, проснуться несколько лет назад, прижать к себе Хёнджина и никуда не отпускать. Но Минхо не может так сделать: это не сон и не кошмар. Это реальность. Реальность Минхо. Ему было отведено смотреть на то, как счастлив его Хёнджин и без него. Минхо была уготована такая судьба. Им не суждено было стать возлюбленными. Минхо просто друг. Ещё один друг.