В детстве Мэн Яо часто видел в своих снах кровожадные битвы, обгорелые трупы и тлеющую траву. Он то и дело просыпался от кошмаров, прижимаясь ближе к своей матери, в надежде получить защиту. Когда спит Не Минцзюэ, он каждый раз видит странную исхудалую женщину в лохмотьях, а так же стены старой каморки. **AU-соулмейты. В котором родственные души, когда спят, видят то, что видит их соулмейт в данный момент. Если одновременно спят оба - полная темнота без сновидений**

Минцзюэ беспокоится о Мэн Яо.

- Кому подписать это? – спрашивает Лань Чжань. - Вей Усяню, - говорит Цзинь Лин. Лань Ванцзи роняет свою ручку: - Кому? – каркает он. - Вэй Усяню, - медленно говорит Цзинь Лин. Он собирается разжиться мужем для своего дяди сегодня, - Моему дяде очень понравился ваш новый альбом. В ваших песнях много деталей, которые кажутся ему очень личными. !Или: Цзинь Лин планирует воссоединить своего дядю со школьным возлюбленным, заручившись помощью Оуян Цзычжэня.

Под присмотром, мать его, Гуаньин, да полнятся её груди молоком а лоно благодатью, да неиссякнет, чтоб её, божественность, к миру ведущая, у Не Минцзюэ, сшитого лютого мертвеца, в продолжение его непростого жизненного и посмертного пути, встаёт.

Перед смертью Цзинь Гуаньяо получает второй шанс - изменить какое-либо событие в своем прошлом, чтобы его жизнь могла пойти по-другому.

Мэн Яо иногда игриво утаскивал вещи Не Минцзюэ, надевая их на себя. Как он говорил, у его любовника приятный аромат одеколона, но когда Не Минцзюэ предлагал А-Яо пользоваться таким же, тот решительно отказывался.

Автор хотела бессмысленное пвп чэнъяо, но потом узнала, что Цзинь Лин называет Цзинь Гуанъяо сяо шушу — младший младший брат отца. И получилось это.

- ...и в общем я его бросил. Сюэ Ян даже не поднял глаз от телефона, продолжая сидеть напротив, подпирая рукой щеку, и со скучающим видом листал ленту. Мэн Яо помешал свой чай, хоть в нем и не было сахара. Он сложил руки на столе, и губы его презрительно изогнулись.

Было радостно осознавать, что этот бесконечный, действительно долгий день наконец подошел к концу. К своему логическому завершению, к отметке зеро, к нулевому меридиану - эти ужасные сутки, слава всем богам, кончились, и Яо, не сдерживая более своей чрезмерной радости - ха, и почему он чувствует себя таким жалким? - откупорил бутылку вина. Намереваясь, вне всяких сомнений, распить ее в одночасье, под какое-нибудь бессмысленное, не сложное домашнее занятие. Так, руки занять.

О происхождении Лань Сычжуя начинают ходить слухи, из-за чего он впоследствии, не выдержав давления, покидает Облачные Глубины. «Вот так вот, внук Цзинь Гуаньшаня, нынешний глава ордена Ланьлин Цзинь, предоставил кров потомку Цишань Вэнь».

Мэн Яо действительно хочет быть уникальным и единственным для Не Минцзюэ, и для этого все методы хороши.

Не Минцзюэ хотел снести Цзинь Гуаншаню голову с плеч.

Сычжуй один из числа тех, кто приезжает из Гусу, узнав о том, что молодого главу отравили.

это было какое-то затмение.

"Цзян Чэн вздохнул, не желая признавать его правоту исключительно из природной вредности. Впрочем, так просто отступать он тоже не собирался. - Ты же не думаешь их усыновлять? - Лань Ян, Лань Юй и Лань Яо? – Вэй Ин внезапно развеселился. - Если наш Вань Инь хочет, может дать малышам свою фамилию, - Лань Си Чэнь заблестел глазами подозрительно весело. – Заодно решится вопрос с наследниками. - Меня мать со свету сживет! – вскинулся Цзян Чэн..."

Дядя озаботился поиском достойной невесты для племянника.

Дядя бы закатил глаза, если бы узнал, как именно Цзинь Лин применяет знания о войне.

Минцзюэ долго не хотел признаваться себе в том, что искренне хочет защищать этого человека. И, как водится, Небеса решили его к этому признанию подтолкнуть.

О быстро растущих детях, стрельбе из лука и прощении.

До Нового года неделя. А у Лань Чжаня проблемы с подарком для Вэй Ина. И дядя что-то подозревает. И Лань Хуань странно себя ведет...