- Ну… Я никогда не видел, чтобы ты ел, Каору. Ты даже не берешь с собой в школу бенто, - смущенно пробежали пальцы Синдзи по его щеке, - ты как будто вообще не нуждаешься в еде. Но я хочу… - вздрогнул он, едва заметно улыбнувшись, и повернулся к пропищавшему на плите таймеру, - хочу, чтобы ты попробовал то, что готовлю я.

В последнее время Каору странно себя ведет.

Синдзи открыл глаза. Каору стоял над ним с пакетом овощей в руках; стоял и смотрел, а Икари крепко сжимал в ладони ключ от его же квартиры. Каору выглядел не так, как всегда; он словно… Был взбудоражен. Это читалось в его взгляде: красные глаза будто дрожали, бегая из стороны в сторону, но упрямо пытались сосредоточиться на Синдзи. У Икари-младшего началась первая течка.

В этом мире царит любовная болезнь, из-за которой лепестки цветков распускаются прямо в человеческом сердце, препятствуя его нормальному функционированию, и прекрывая все пути к кислороду. "Что?" Синдзи никогда не верил в эту чушь до той поры, пока после очередного откашливания не обнаружил лепесток цветка, что вышел из его груди. И все бы ничего, но ведь он испытывает чувства к человеку, что травит его, ненавидит. Неужели он так и умрет? Ведь Каору никогда не полюбит такого, как он.

Синдзи возвращается домой после окончания института. Отец, с которым они не разговаривали долгие годы, устраивает к себе на работу. Но за примирительным предложением, как Синдзи поначалу думал, скрывается жестокая правда, которую отец скрывал после смерти матери

Синдзи давно уже не требовалась подготовка, разве что в качестве прелюдии, хотя в этот раз была другая проблема. Синдзи, может, никогда и не был особенно крикливым в постели, но… Стоны его Каору слышал. И любил их. Стонал Синдзи вполне себе живо и безропотно; но теперь они впервые делали это, когда кто-то еще кроме них был дома.

Мне так хорошо и спокойно, как будто всегда так должно было быть. Наверное, это самое главное. Когда находишь кого-то правильного, с кем ты хочешь сделать это, лишние мысли в голове не вертятся.

- Меня скоро выписывают, - с болью в голосе сказал Синдзи. – А знаешь, что будет потом? Мне опять придется пилотировать Еву, - горечь проскользила в его словах, и он обнял себя руками жалко. – Я могу скоро просто умереть. Еще я могу умереть, если на город нападут ангелы, в любую минуту этих четырех дней, пока буду ждать выписки.

Держать дрожащими пальцами сигарету было сложно. Зажечь ее - еще сложнее. Не обжечь пальцы и вдохнуть, пересиливая себя, Синдзи почти удалось. [AU: количество ангелов бесконечно, они продолжают нападать на людей в течение уже нескольких лет]

"Мы еще увидимся", – сказал Каору когда-то давно, прежде чем погрузиться в пучину небытия. Но даже ангелы не могут знать, при каких обстоятельствах может повториться встреча. В какой вселенной и будет ли сам ангел помнить о ней. Каору не может испытывать эмоций и не получает никакого удовольствия от своей новой жизни, и даже не знает, что она для него не первая. Единственное, что пробуждает в нем интерес – одноклассник, который ужасно боится самого Каору.

Синдзи не хотел выживать. На сей раз он и правда не искал ни жалости, ни сострадания, он просто хотел умереть.

- Я боюсь самого себя, боюсь остаться один, я просто боюсь... и поэтому я ужасен. - мальчик увлеченно наблюдал за шумом волн вдалеке. - А что, если я тебе скажу одну очень смешную истину? - губы парня растянулись в теплой улыбке. - Ты больше никогда не будешь один. - Я очень сильно на это надеюсь. - полушепотом добавил вслед за другом юноша.

Каору вздохнул, смотря на тонкие пальцы Синдзи, обернутые пластырем. Этот Синдзи был неуклюж – но так жизнерадостен, насколько вообще мог быть жизнерадостен Икари Синдзи. Его не останавливали ни падения с велосипеда, ни ссадины на коленях, ни еще что-то – он просто лепил новый пластырь и шел дальше, мягко улыбаясь. Этот Синдзи всегда улыбался и так редко плакал.

У каждого человека есть родственная душа, соулмейт, и имя его с рождения есть на твоем запястье, как и твое - на его. Когда вы встретитесь и прикоснетесь друг к другу, над его именем появится твое - и наоборот; вы станете навеки связаны. Синдзи боится, что его соулмейт будет в нем разочарован. [Soulmate!AU]

История повторяется вновь и вновь, и череде перерождений и смертей не по силам разорвать узы судеб и душ. Маленький Синдзи видит во сне образ Каору, память о котором хранит в глубине своего сердца после тысяч инкарнаций, но этот образ — нечто большее, чем порождение его собственного сознания.

"Нагиса в ответ лишь усмехнулся: - Разве не очевидно, Синдзи-кун, все это время я ждал именно тебя."

Зачем ловить кого-то, не отпускать — Синдзи не знал и понять не мог. Но Каору — другой. Он не лишает свободы и никогда не лишал.

Одинокий и без поддержки, брошенный в мир после Третьего Удара, Синдзи цепляется за Каору, за его единственный источник комфорта и отвлечения от ужасного нового мира, обожая его больше всех и всего.

Его руки скользили по клавишам, в тот момент Каору был взволнован — сможет ли он дать Синдзи то счастье, которое он так сильно ему желает?

Его трудно было не заметить, но Синдзи сперва не обратил на него внимания. Когда он смог получше разглядеть человека, он понял, что это парень примерно его возраста, тощий и бледный, хоть и сидит на солнце. Но он почему-то... Сидел в грязной смирительной рубашке. Параноик всегда считал, что в неё засовывают только полных психов, которые опасны для людей.