Пытаясь спасти Чжоу Цзышу, Вэнь Кэсин отправляет его в прошлое. Цзышу предстоит осознать, что у путешествий во времени есть свои последствия, и спасти Вэнь Кэсина от него самого будет сложнее, чем он ожидал.

Прошло три дня с тех пор, как Вэнь Кэсин смотрел на Чжоу Цзышу, своё солнце и луну, свою родственную душу, излив в него свою душу, и закрыл глаза. Только для того, чтобы открыть их и оказаться в ловушке всё того же старого кошмара. Только это больше не было тем же кошмаром, это было хуже, потому что он каким-то образом вернулся назад. Он снова оказался в гуще своего прошлого, снова в Долине Призраков, где у него нет родственной души, где Чжоу Цзышу не знает его.

— Постой, благородный господин, — проскрипела она. — Что ты ходишь за ним? За ним следует смерть! На твоём месте я бы ни за что не водилась с таким человеком!

Даже боги не смогли бы забрать у него его родственную душу, его вторую половину, его самого близкого и любимого человека, ради которого он впервые за свои долгие годы захотел жить. Вэнь Кэсин был его спасением, его надеждой, его маяком в этом темном мире. Вэнь Кэсин был для него всем.

— Ты забыл мой прощальный поцелуй! — внезапно воскликнул Вэнь Кэсин. О, боже, он совсем забыл об этом. Как он мог забыть подобное? На автопилоте Чжоу Цзышу подошёл к Вэнь Кэсину и поцеловал его в губы, прежде чем широко улыбнуться и побежать к лифту. Только оказавшись надёжно заключённым в маленьком пространстве, он понял, что сделал. Он поцеловал Вэнь Кэсина. Он поцеловал своего чёртового СОСЕДА на прощанье! Зачем он сделал это! Он прикоснулся к своим губам. Дерьмо. Что ему теперь делать?

Вэнь Кэсин перенес небольшую операцию и получил большую дозу обезболивающих. Он забывает, что замужем за Чжоу Цзышу, и сразу же начинает приставать к "больничному красавцу", которого он встречает у своей постели, когда просыпается...

Е Байи отпустил их.

— Я знаю, что я красивый, но мне правда нужна зажигалка. Чжоу Цзышу вздрагивает. — Отвали, — с трудом выдавливает он.

– Он здесь? – спросил он у Гу Сян. Она с трудом сглотнула и уставилась в землю. – Отвечай, – велел Вэнь Кэсин. Гу Сян посмотрела на него и вздохнула. – Это нечестно, когда ты делаешь щенячьи глазки… – Он здесь? – снова спросил Вэнь Кэсин. Гу Сян медленно кивнула. – Он здесь. Он всегда здесь.

AU, где имя соулмейта написано у каждого человека на ступне. Чжоу Цзышу носит на теле имя давно погибшего шиди и уже не ждет судьбоносных встреч.

— Что это было, Сян-цзецзе? — невинно спросил маленький Чэнлин, благослови его господь. — Это, мой дорогой ученик, — сказала она и обняла его за плечи, когда они последовали за своими господами. — Это была не что иное, как чистая, неподдельная ревность. Гу Сян не была уверена, что Чжоу Сюй понимал, что хотел получить её Господина только для себя. К счастью, у этих двух дураков была такая изобретательная знакомая, как Гу Сян. Иногда людей нужно убедить в том, что для них хорошо.

Доставание семи гвоздей при помощи секса и магии дружбы

— Лао Вэнь, — звучит голос Чжоу Цзышу, такой ленивый и такой мягкий. — Где ты научился готовить?

Он как раз собирался отпустить новоприбывших и поручить кому-нибудь другому позаботиться о них, когда что-то привлекло его внимание. Или, скорее, кто-то. В ряду склоненных голов было что-то неправильное. Когда взгляд Вэнь Кэсина дошел до самого конца, он встретился с парой глаз, темных и пронзительных, неотрывно смотревших в его собственные. Или В Долину Призраков прибыл новый гость, и Хозяин Долины заинтригован.

— Я знаю, о чём ты думаешь. Вэнь Кэсин, если мне суждено жить здесь вечно, ты останешься со мной. Ты правда думал, что я отпущу тебя без боя?

Глава Тянчуан Чжоу Цзышу заплетает спящему Вэнь Кэсину волосы, и с этого момента всё идёт под откос.

Чжоу Цзышу открывает глаза и видит беловолосого Вэнь Кэсина, теряющего сознание...

После передачи ци в оружейной Чжоу Цзышу открыл глаза только для того, чтобы оказаться в своём худшем кошмаре: холодное, безжизненное тело Вэнь Кэсина прямо перед ним.

— Мы расстаёмся. Я ухожу, — и он даже не поворачивается лицом, чтобы это сказать. Впрочем, Кэсин знает, какое у него сейчас лицо — холодное, точно высеченное из нефрита, лишённое эмоций, закрытое.

Чжоу Цзышу не был романтиком, и сентиментальность тоже не про него, однако он искренне может сказать, что в тот момент, когда он увидел, как Кэсин падает со скалы, внутри все перевернулось, и сердце упало куда-то глубоко, глубже, чем та пропасть, погубившая Вэня. И единственное, что осталось ему, это просто считать оставшиеся до смерти дни и снова надеяться, что эта ночь точно станет последней, и что рассвет они встретят уже вместе с Кэсинем на мосту Найхэ. Но он не был готов увидеть Вэня живым.