Какие у холодной и замкнутой Энни Леонхарт могут быть ото всех секреты? Есть парочка — и так вышло, что её коллеге Эрену Йегеру они прекрасно известны.

Никогда не встречаться с бывшими — это Леви взял за правило очень давно.

Леви резко выдохнул и немного нервозно облизал губы. Такой Эрвин ему до усрачки нравился. Такой охуительно-дерзкий Эрвин был опасным и до одури сексуальным. Аккерман откровенно терял голову в такие моменты, и готов был упасть перед ним на четвереньки и делать всё, что Эрвин от него потребует. Он бы в данный момент ему даже пепельницу в зубах принёс, заикнись Смит об этом.

Он готов уделить Риваю столько времени, сколько тому потребуется.

Сразу было ясно, что ванна — не самое удачное место, чтобы предаваться плотским утехам, но Эрвин знает, что уже не сможет себя остановить.

Армин всегда был умницей. Всегда был мягок (видимо, помнил о старых взрывах и истериках) и, в общем-то, никогда не доставлял проблем. Проблема была вовсе не в самом Армине, а в том, что этот герой, снова скрывшийся в тени, так и не получил заслуженных слов благодарности от Жана. Это определенно нужно было исправлять - зря, что ль, спасал он его шкуру?

Ему было шестнадцать, и он еще не целовался… ну, чтобы по-настоящему. По-взрослому – в чьи-нибудь губы. Потому что один поцелуй (если это вообще можно было назвать поцелуем) на его счету все же был.

Расскажи мне, как ты любишь целоваться, Армин. Быть может, глубоко, сильно, цепляясь за волосы того, кто так крепко тебя обнимает? Или едва касаясь, рвано, страстно, прижимаясь своими губами к чужим лишь на считанные секунды?

Они уже делали это раньше, не раз и не два. Но после каждого момента интимной близости проходило слишком, слишком много времени. Каждый раз был как первый, каждый раз Армин смущался, тихо вскрикивал, но позволял продолжать...

Жан каждый раз целует Армина, словно в последний раз.

Ривай понятия не имеет, как так вышло, но они с Эрвином уживаются столь легко и естественно, словно всегда были вместе.

О влюблённости, свободе и встречах у скамейки. О тёплых улыбках, важных словах, брошенных невзначай, горячих поцелуях в ночи, и принятии. О том, как два человека с похожими судьбами встретились по воле одного случая и больше не смогли расстаться. О том, как Фалько преодолел страхи и нашёл того, кто любит и дорожит им, а Эрен узнал, что такое любовь, поделился ею с самым добрым мальчиком на свете и позволил укротить своего зверя.

В такие моменты они запирают дверь и закрывают шторы, отчаянно желая полностью оградиться от внешнего мира, позволяя себе хотя бы на короткое время забыть, что они оба постоянно находятся на грани жизни и смерти, ведь их дни могут быть сочтены в любое время, в любой, даже свободный от вылазок день по прихоти какого-либо вышестоящего по званию человека.

Следующий день после возвращения стены Мария.

Эрвин хочет научить Леви вежливости и использует нестандартные методы.

Привязанность - чувство близости, основанное на преданности, симпатии, любви к кому и/или чему-либо. В данном случае к кому. К одному-единственному.

Даже когда побеждает Ривай, Эрвин все равно остается в выигрыше.

— Что читаешь? — спросила вездесущая Ханджи и уселась рядом. Леви быстро сложил письмо и встал, чтобы засунуть его в карман куртки, бросив тихое: «Ничего». Но Ханджи была слишком быстра и упряма и выхватила у него письмо прежде, чем он успел его спрятать. Она прижала руку ко лбу Леви, удерживая его на расстоянии, пока он отчаянно боролся с ее захватом. — Эй! Отдай обратно!

Хочу забыть их мёртвые лица. Но для этого мне придётся либо броситься с Розы вниз, либо...

«Инициатива говорить гадости и устраивать ссоры наказуема, ты знал?»