Пост-канон бифлиф фиксит, где Хэ Сюань хорошо кушает, пытается понять, что он забыл в этом мире, и как это связано с Ши Цинсюанем; тем временем на побережье завёлся демон, убивший небожителя, и кто-то выполняет просьбы верующих вместо Повелительницы Ветров. Не рекомендуется читать на голодный желудок и особенно на диете. Сборник хэдканонов, хэштеги "идиоты в любви", "выпей, когда Хэ Сюань жрёт", "у Цинсюаня нетолерантность к брехне". !!! СПОЙЛЕРЫ АРКИ ЧЕРНЫХ ВОД И КОНЦА НОВЕЛЛЫ !!!

Ши Цинсюань проводит изгнание тёмной твари на стриме с тремя тысячами зрителей, а его контент-менеджер помогает, чем может.

Се Лянь хочет хотя бы один день делать то, что пожелает его муж. Хуа Чэн между тем желает, чтобы Се Лянь сам принимал решения. Выход из этой ситуации? День, когда Хуа Чэн должен следовать всем приказам Се Ляня.

В каноне Система требовала от Шэнь Юаня 10 000 баллов за то, чтобы не сбрасывать Ло Бинхэ в Бесконечную бездну. Над самой Бездной не скидывать Бинхэ стоило уже 20 000. В новелле Юань отреагировал на это довольно вяло, потому что и 10 000 у него не было... А если бы были? Если бы он кучу времени и сил положил на то, чтобы собрать эти чертовы баллы и получил ТАКУЮ подставу от Системы? Как бы он отреагировал тогда?

Иногда планы срабатывают не так, как сперва задумывалось. Но главное ведь итог?

Меняются эпохи, религия, люди, но кое-что остаётся неизменным сквозь все уходящие годы: любовь и боль от потери любимых людей.

Се Лянь порядком замёрз в холодной аудитории, но тут ему написал Хуа Чэн, самоотверженно готовый немедленно исправить ситуацию.

Лань Ванцзи крепко сжимал телефон в руке. Ровный ритм гудков резонировал с беспокойным стуком его сердца. Глухо застёгнутая рубашка внезапно показалась удавкой, слишком плотная ткань заставляла задыхаться. Он совершал ошибку. Ему вообще не следовало тогда записывать этот номер – только не с сомнительного объявления, обещавшего столь бесстыдные вещи.

Именно то, что в названии. Трахнуться или умереть, но Учитель ранен. Лю Цингэ, как настоящий герой, говорит, что примет член вместо него. Ло Бинхэ старается трахать его настолько сильно, что почти забывает о влечении к Шэнь Цинцю. Шэнь Цинцю сидит и смотрит.

- А в Гусу обычно все так правила учат?..

До того рокового дня Черновод и подумать не мог, что единственной слабостью князя демонов Хуа Чена окажется страх перед мусорным богом Се Лянем. Даже не страх. Паника. Гейская паника. И теперь в любое время дня и ночи Хэ Сюаню приходится слушать, какие у Его высочества глаза красивые, помогать выбрать между красным и очень красным, а в редких случаях - успокаивать и поддерживать. Да, он-то думал, Цинсюань у него невыносимый, но и в этом деле не превзойти непревзойденного!

— А-Сюй, ах, А-Сюй, — промурлыкал голос, который Чжоу Цзышу надеялся никогда больше не слышать. — За тобой должок. Забыл? Ох, столько времени прошло, боюсь, набежали проценты.

Началось все с маленьких, едва ощутимых звоночков, однако Пхайю должен был вовремя отреагировать на них – Рэйн перестал целовать его в губы.

- Я нанимал няню. Женщину. - Знаю. Но из свободных сотрудников был только я.

Лучше Пита не злить. А то он может напиться до беспамятства и забыть вовсе, что у него есть законный муж.

Немного о повседневной жизни беременных омег, их мужьях и вредных малышах.

И именно сейчас, глядя на сияющего парня напротив, Вегас понимает, что ради этой лучезарной, такой головокружительной улыбки готов переступить через свои принципы, готов свернуть все в мире горы, готов сделать всё, лишь бы только Пит всегда ему улыбался ТАК.

Порш испытывал боль в своей жизни, но он не был уверен, что что-либо сможет превзойти боль, которую он испытал от вида Кинна, заключившего Тавана в свои объятия. Порш умудрился обмануть себя, поверив, что он что-то значит для второго сына семьи Терапаньякул. Он должен был догадаться.

Порш медленно проснулся. Он знал, что находится не в своей постели, но он понимал, что находится в безопасности. Он открыл глаза и столкнулся лицом к лицу со спящим Кинном. Порш понятия не имел, когда и откуда Кинн достал дополнительную кровать, ведь ее не было в палате, когда Порш заснул здесь сам.

Было что-то особенное в том, чтобы проснуться в объятиях Кинна, что давало Поршу чувство безопасности и спокойствия. Хватка Кинна была крепкой, но не властной. Кинн держал его так крепко, что Порш понимал, что он защищен, но все же при желании мог отодвинуться. Обычно Порш часто ворочался, когда спал, но когда он спал рядом с Кинном, то обнаружил, что самое большее, что он сделал, это повернулся и уткнулся лицом в шею Кинна.