После травмы запястья талантливая виолончелистка Гермиона Грейнджер обращается за наставничеством к знаменитой Беллатрикс Блэк.

Сегодня важный день. Беллатрикс переживает его, думая о своей жене.

Гермиону застает за дракой с Драко посреди ночи не кто иной, как Беллатрикс Блэк, человек, которого она ненавидит больше всего. Теперь, сидя в пустом классе и ожидая прихода профессора, гриффиндорская ведьма вынуждена бороться с чувствами, которые грозят всплыть и похоронить ее целиком.

Беллатрикс отстраняется, надувшись. – Я думала, ты будешь рада меня видеть. Гермиона вздыхает. Это всегда одно и то же.

Сириус Орион Блэк не был слишком впечатлительным человеком. Однако когда его младшие двоюродные сестры без предупреждения появились на Гриммо-Плейс ранним рождественским утром, выглядя хуже некуда, Сириус был ошеломлен до потери голоса. Заметив, что одна из них сильно ранена и теряет кровь с ужасающей скоростью, он не смог удержаться от крика: – Какого черта!

Нарцисса официально закончила последний год обучения в школе чародейства и волшебства Хогвартс. Она взрослая ведьма. Обручена. Скоро она станет Нарциссой Малфой. Так почему же ее сестра, Пожирательница Смерти, встречает ее на платформе 9¾? И тащит ее в Амстердам из всех мест? И как, черт возьми, она оказалась... Нет. Нет, никто не должен знать, что случилось в Амстердаме. [ Дополнение к фанфику «Через песок и море»]

– Она сказала, что когда ты была в доме тети Энди на летней вечеринке, у тебя была самая большая... – Нет, нет, нет, абсолютно нет!

Она никогда не питала иллюзий по поводу того, что является ни кем иным, кроме как нежеланным ребенком. Возможно, именно поэтому она так любила Дельфи, всегда так стремилась проявить к ней внимание и заботу, которых, как ей казалось, не хватало в годы ее собственного становления.

Еще один удар грома. Это заставило девушку вздрогнуть, поскольку звук потряс ее до самого сердца. Или, может быть, это была ситуация, в которой она оказалась. Она была дурой, придя сюда, это была ошибка, и Гермиона задыхалась, ее охватила паника. Ее здесь не должно быть.

Беллатрикс учится в том же году, что и Гермиона, хотя она и на Слизерине, Беллатрикс думает, что Малфой – придурок, и сильно влюблена в Гермиону, которая случайно превращается в наполовину кошку с помощью Оборотного зелья. Беллатрикс собиралась помочь мальчикам обмануть Малфоя, заставив его думать, что они – это Крэбб и Гойл, но остается, когда Гермиона не выходит из туалета.

Беллатрикс просыпается посреди ночи и обнаруживает, что Гермионы нет в кровати.

AU, в котором соулмейты чувствуют боль друг друга. Гермиона себя не помнит без этой боли. Долгие пятнадцать лет она засыпала с дикой болью в висках и с горящим огнём лицом. Долгие пятнацдать лет её мучили непонятные видения, которые та была просто не в состоянии запомнить. Две недели назад боль отступила. Ночи стали тише и спокойнее. Только вот что странным гриффиндорке казалось, с чего бы вдруг облегчение датами с побегом пожирателей сметри из Азкабана совпало?

Каждый раз, когда Белла слышит от неё эту фразу, она все больше и больше походит на обещание, чем на заявление от упрямого ребенка.

- Боже, - рычит Гермиона. - Да, - смеётся Беллатрикс, погружаясь глубже, быстрее, - боготвори меня, сладкая. Боготвори меня!

Настало время рождественской вечеринки, и Гермиона собирается сделать шаг со своим боссом, Беллатрикс Лестрейндж, урожденной Блэк, о котором она раньше только мечтала.

Она просто пригласила ее в свой дом, поделилась с ней двумя бутылками красного вина, а после, переспала с ней без малейшего колебания.

— Минус 10 очков Гриффиндору за то, что мисс Грейнджер неисправимая всезнайка! — рявкнула Блэк. — Знаете куда можете засунуть свои очки? Я эту школу на себе тащу, уже заебалась, блять, с этим маховиком туда сюда скачу, на год постарела, ёбана мать, — возразила Грейнджер. — Мисс Грейнджер, — довольно спокойно начала Блэк. — Хуенджер, в рот ебала!

В последний год в Хогвартсе Гермиона позволяет себе немного больше, чем следовало. Но получает ни больше, ни меньше.

— Я… я девушка! — слабым голосом произнесла Гермиона. — О, и очень красивая, — серьёзно сказала Беллатриса. Её взгляд скользнул по губам, шее, груди и животу пригвождённой к матрасу девушки. По всему юному телу, распластанному под ней.

Всем давным-давно понятно - Гермиона без ума от профессора Блэк. Всем, кроме самой Гермионы. Как гриффиндорская отличница умудрялась данный факт в тайне от себя держать никто так толком и не понял, ведь секретом эта влюблённость перестала быть последние пол года.