- Знаешь, - после долгой паузы под многозначительное молчание шерифа все же осмелился ответить Питер, - даже сейчас, в свои девять, ты куда более интересный человек, чем большинство глупцов, которые меня окружают. Если интерес не пропадет за эти девять лет… то почему бы и нет?

- А ты сможешь? – приподнял брови Питер. - А ты рискнешь? – отзеркалил его Стайлз. - Рискну, - хитро улыбнулся Питер.

Ты так прекрасен в чужой крови и этой дерзкой ухмылкой растянувшей твой рот с этими по-блятски розовыми губами.

Стайлз несколько раз не появлялся на тренировках, что обеспокоило старшего Хейла, и он решил выяснить, что случилось. Встретив побитого парня посреди ночи, Питер забеспокоился и стал присматривать за ним.

— Ну, привет, Питер, скучал по мне? Жаль, что ты не можешь мне ответить. Жизнерадостное лицо юноши мгновенно меняется, бледнея, а глаза наливаются тьмой. Он обходит инвалидную коляску по кругу, мягко скользя рукой по плечам неподвижно сидящего мужчины. — К тебе так легко попасть. Достаточно представиться любимым племянничком, он ведь у тебя и вправду есть? Ты, наверное, спрашиваешь себя, что мне от тебя нужно, зачем я постоянно прихожу сюда… Я и сам ищу ответ на этот вопрос.

Когда по соседству живёт лис-перевёртыш.

На предплечье Питера плавится руна – знак принадлежности.

Иногда демоны прошлого становятся настоящим. Только попав в тупик находишь новый выход. И Стайлз более, чем доволен таким исходом.

Питер выходил подростка больше чем за полгода. Не полностью, но Стайлз перестал биться в регулярных приступах, не спать днями из-за кошмаров и страдать от назойливых воспоминаний. Оборотень считал это прорывом и едва заметно улыбался кончиками губ, дав очередной лёгкий подзатыльник подростку за шалости.

— Как ты думаешь, если затянуть потуже, он задохнется? – склонив голову к плечу, заискивающе поинтересовался Стайлз, держа в руках прочную кожаную ленту, затянутую у основания шеи Бена. Улыбка опаляла его лицо, с каждой секундой больше напоминая звериный оскал загнанного в угол зверя – этот зверь был опасней других, он испытывал страх, а потому действовал на голых инстинктах, раздирая свою жертву в клочья. Цикл работ "Мужья-убийцы", нездоровые отношения и больной реализм.

Действия происходят через 4 года после событий в Мексике. Стайлзу надоели все эти сверхъестественные проблемы, и он решил отдохнуть. Собрал вещи, предупредил отца и улетел куда подальше. Подальше – это Италия. Все идет хорошо, пока он не встречает оборотня, который, по его мнению, должен быть запертым или мертвым, но никак не спокойно гуляющим по улицам Рима.

— Тебе не надоело играть волчицу? — Хейл до синяков сжал бедра девушки. — Невинные овечки не должны себя так вести.

В мире, где есть настоящая любовь, Питер несчастлив. У него в детстве появились ростки на груди, как и у всех, а после проклюнулись побеги в самих лёгких. Когда цветы распустились, Хейл сразу влюбился в янтарные лепестки. Годы шли, а Питер не находил во взглядах окружающих желанных переливов. Ему почти 40, надежда угасла, а дыхание почти стихло из-за цветов, заполнивших его лёгкие. А волк внутри воет и и ждёт его — человека с глазами цвета сладкой карамели.

Стайлз проснулся в четыре дня от звонка телефона, потому что, очевидно, не знал о здоровом режиме сна и да, он ненавидел себя. Он вслепую нашарил его в кармане валяющихся на полу джинсов, продрал глаза и наконец ответил. – Как оно, Лидс? – спросил он, потому что знал, как она ненавидит это прозвище, но эй, она его разбудила! – Я убью Джексона, – провозгласила она с необычайной честностью. – Поздравляю?

-Стайлз, ты серьезно? -Заткнись и полезай уже в эту чертову крепость из подушек.

Стайлзу нужны деньги на обучение, а Питер может помочь.

Стая избегает Питера, и Стайлз это замечает.

Т1-12. Питер/Стайлз. Молодой Питер снимает Стайлза в клубе, а наутро Стайлз просыпается с Питером обычным.

Стайлз знает, что отец просто пытается поддержать его, но он не может пойти на очередное глупое свидание. Питер любезно предлагает решение — повстречаться с кем-нибудь пару недель, потом расстаться, и отец оставит его в покое. У него даже есть подходящий кандидат.

Питер не понимал. Не понимал, почему люди, которых Стайлз называет своей семьей в упор этого не видят. Не чуят, будучи оборотнями.