piercing!AU, где Чанбин - пирсер, а Феликс - его неугомонный клиент.

Феликсу, вообще-то, работать нужно, а не пялиться откровенно на всяких накаченных волейболистов.

- Хочу прикоснуться к тебе, - чуть слышно шепчет Чанбин, протягивая дрожащую в такт сердца руку к мальчишке, но та привычно проскальзывает сквозь, и вместо желанного тепла тела Со чувствует противный холодок, обвивший его ладонь.

Корабль несет их по волнам, окрыленный белыми парусами. А его пассажиры окрылены мечтами и наивными надеждами на лучшую жизнь. Наивными ли?

— Хен, а ты знал, что веснушки у меня не только на щеках есть?

Чанбин, должно быть, сошел с ума, но ему до дрожи в коленках нравится то, что он видит перед собой прямо сейчас. Там, на их кровати, на их пастельно-розовой простыни над Феликсом нависает его, чанбинов, лучший друг.

феликс не знал, что может быть по-другому. что чужие прикосновения могут быть ласковым, а поцелуи - нежными. что любовь бывает искренняя и трепетная, не ядовитая. чанбин показал, что по-другому все-таки может быть.

— Ты вот тут, — Чанбин ведет языком по чужой шее, слизывая часть уже засохшего шоколада, — испачкался немного. >Или ау, где Чанбин совсем чуть-чуть мешает Феликсу готовить.

— Полегче, Чанбин, ты же не хочешь съесть его взглядом? — язвительный тон Минхо слышался откуда-то сверху, когда Со сидел на краю рампы и мечтательно наблюдал за мальчишкой на четырехколесных роликах — квады, вроде бы, но это сейчас было абсолютно не важно. — Ты хотя бы моргай иногда, а то глаза высохнут.

circus!au, где Феликс - уличный фокусник-вор, а Чанбин - управляющий Бродячего цирка.

Феликсу нравятся блестки на лице и макияж, а Чанбин очень любит его веснушки.

Феликс проигрывает желание, а Сынмин загадывает ему поцеловать первого, кого Ликс встретит на подвесном мосту.

он пальчиками поглаживает холодное стекло и шепчет: — я так хочу тебя рядом…

Чонин влюбился в Кристофера практически с первого взгляда. И он бы, возможно, набрался смелости признаться в чувствах, да вот Крис уже занят очаровательным омегой по имени Феликс. А Чонин даже близко не похож на очаровательного омегу.

В детстве Феликс часто просил у Санты на Рождество машинки, позже они сменились самолетиками, а через пару лет и вовсе компьютерным играми. Догадывался ли блондин, что в свои двадцать лет он пожелает у Санты настоящего парня? Нет, вовсе нет. А уж тем более не парня своей сестры.

Чанбин понимает, что одержим Феликсом на сорок шестой день после прихода австралийца в их группу. Джисон ржет над ним, постоянно нарочито громко кричит имя Ли, чтобы тот точно услышал в шумном коридоре, а потом покупает другу мороженное, чтобы Со вдруг не умер от передоза Феликса Ли в его жизни. Чанбин никогда не подойдет первым, потому что Ли - идеальный. Не заслуживающий темного и депрессивного Со. Прекрасный и недоступный.

У парня примулы в волосах, веснушки и маленький носик, прямо, как у Феликса. Феликс выглядел точно также в прошлый вторник. Почему на окне тату-салона нарисован портрет Феликса?

— Ты ведь спишь с этой игрушкой только потому, что мы теперь не спим бок о бок, верно? – спросил как-то Чанбин, посчитав это странным. — Д-да, – прошептал Феликс, пряча свой взгляд.

Чанбин утратил веру в любовь, зачем она ему, когда у него в ногах крутилась маленькая принцесса? Он и вовсе бы забыл про это слово и чувство, пока оно однажды не постучалось в его двери. — Здравствуйте, я по объявлению: готов посидеть с вашей дочкой, – улыбнулся блондин, впуская в дом лучик солнца и надежду на новый исход.

— Феликс, поверь, дело пойдет куда быстрее, если ты будешь пялиться не на меня, а на учебник геометрии, — произносит Со, тыкая пальцем на одиноко лежащую книжку, так ни разу и не открытую.