Он был всегда врагом, просто я этого не понимал. Но иногда враги нужнее и нежнее друзей. Они делают тебя сильнее, они знают тебя лучше, чем родственники, они толкают тебя в спину: «Вперёд! Не ссы!» Иногда, враги — единственные, кто может научить бороться, любить и быть свободным.

Ярик выстраивает непроходимые баррикады, отгораживается от меня злым цинизмом днем. Возвращается пропахший чужой любовью на излете ночи и бьется в мои руках в пропитанные светом утренние часы. Невыносимо. Невозможно.

Братец всегда провоцировал у других желание его приласкать, прибрать к рукам. Словно пушистый котёнок с бантиком, сидящий в подарочной коробке – руки так и тянутся заграбастать себе. Если бы они знали, что котёночек-то с браком…

Старший брат возвращается из тюрьмы домой.

Никогда и никого я не хотел так, как тебя... Никогда и никого я не любил так, как тебя...

илья варится в неприязни к родителям и в особенности — к приемному сыну своего отца. артур наблюдает за ним с расстояния, варясь в абсолютно противоположном чувстве — влюбленности. и сближение становится для них первым шагом к патологической созависимости.

Мой брат – несбыточная мечта скромных школьниц, будущий врач, юное дарование. Мой брат хорошо воспитан, он знает толк в живописи и академической музыке. Почти каждый день я забираю его из обшарпанной квартиры, пропахшей кошками и дешевым вином, отряхиваю дорогущую курточку и веду домой.

Когда живёшь - до всего доживаешь... Даже до настоящей любви...

На его ще­ке бляд­ская ямоч­ка и гла­за зе­лёные, как тос­ка. Хо­тя, тос­кой в них и не пах­нет. Сплош­ное ис­кре­ние, да омут тём­ный. Да-да — том­ное, за­тяги­ва­ющее бо­лото за фа­садом иг­ри­вой лёг­кости. Лег­кой еба­нутос­ти, ес­ли ска­зать точ­нее.

— Опомнись, что ты делаешь? — кричал Женька вырываясь. — Ты уже наказал меня достаточно. Я все понял. — А кто тебе сказал, что я тебя наказывал. Я просто трахнул тебя. И сейчас хочу еще.

Укладываю на кровать и, как маленького, глажу по голове, приговаривая, как заведённый, не веря, что вообще когда-нибудь смогу заткнуться: – Спи, спи, пожалуйста… Спи… Послушно кивает, счастливо улыбается, смыкая сонные веки, и, уже отрубаясь, шепчет куда-то в подушку: – Я так сильно люблю тебя…

«Ебло Гора из просто мрачного стало сосредоточенным и злым. Карие темные глаза – совсем как у Мити. Крупный нос с горбиной – совсем как у Мити. Ровная линия скул, мощная челюсть, кустистые темные брови… совсем как у Мити. Если бы не разные стрижки, отличить их было бы еще той задачкой. Но лицо… ох. Это ведь не только анатомия. Жесткий и шершавый, как наждачка, взгляд Гора, морщина между его бровей, складки у рта… ничто из этого и близко не походило на блаженную Митину растерянность.»

— Я не как брата тебя люблю! Я, блядь… — Дмитрий подлетает к брату, наклоняется к нему, все еще сидящему на краю постели, шепчет почти в самые губы: — Я тебя как возможного полового партнера хочу. И люблю так же. Как мужика чужого бы любил!

У них достаточно много общего: любовь к пицце, скорости, фантастическим фильмам, а еще отвращение к тушеной капусте. Оба запросто заводят друзей: такой легкий и открытый Никита и сдержанный ироничный Олег. Вот только в жизни они всегда по отдельности: разные классы, разные компании, даже комнаты разные. И только кровь одна на двоих.

Их дружба всегда была для меня загадкой. Их невозможно было оттащить друг от друга: Адриан следовал за братом по пятам, словно тень, которая достанет тебя даже в кромешной тьме. Всюду. Всегда. Одна школа, один ВУЗ, даже служить они попали вместе, и если бы не младший братишка, который был еще слишком мал, чтобы оставаться один, они бы и жить стали вместе. И это бесило неимоверно, такое чувство, что кроме друг друга вообще ничего вокруг не видели. Ах да… еще же был я.

Мы привыкли играть в прятки. Быстрый минет в туалете под шум бегущей из крана воды, тихий секс в спальне в компании шалящих нервишек и паранойи: не проснулся ли Владлен посреди ночи попить или отлить. Вряд ли его при случае убедила бы версия, что Макс-лунатик совершенно случайно оказался под одеялом его младшего брата со спущенными трусами.

Подходит к концу который по счету час. Закрою глаза - почувствовать пустоту. Проверила жизнь тропинки свои на нас, Я выбрал твою, и кажется, что иду. Который по счету день - невидимый путь. Глаза закрывать нельзя, мне страшно и так. Наверное, я уже не смогу свернуть, Твой голос зовет меня через хищный мрак. Я снова иду, который по счету год. Мне хочется сделать вдох, но я не могу. Осталось пройти последний, похоже, брод - Я знаю, ты ждешь меня на том берегу. by Solter

– Угостишь? Зачем ты подошел ко мне? На тебе столько голодных взглядов — мало?  ~~~ Тема спорная, может стриггерить. Есть непоставленная метка, ибо СПОЙЛЕР. Я предупредила. ~~~