мир катится к черту, но они постараются жить ради друг друга

"Сегодня часть меня умерла. Я не могу плакать. Я забыл все синонимы грусти. Сейчас всё, что я могу сделать без тебя - это заменить тебя."

- Я тебе нравлюсь? - У тебя в руке моё сердце. Ещё вопросы?

в конце умирать намного больнее.

Течные омеги- лучшие омеги. Этот факт знают все. Жаль, что омег не считают за людей. Жаль, что все думают, что они просто хорошая подстилка. Сычена всегда воспитывали, что у него есть только два выбора. Либо ложь и сокрытие, либо стоны и сперма. Сычен выбрал первый вариант.

У Кёнсу эпилепсия, а Чонин пытается найти себя в череде пустых дней.

До Кёнсу умеет читать мысли с тех пор, как себя помнит. Но он даже не представлял, с чем ему придётся столкнуться, после того как он заглянет в мысли Ким Чонина.

АУ про боевых пилотов. Попав в авиационно-учебный центр в качестве медика, Кенсу никак не ожидал, что за его сердце развернется настоящая битва между пилотом-асом и его гениальным другом.

Молчаливые сосны тянутся к небу. Чанёль хочет домик в проклятом лесу. Кёнсу хочет быть, как все. Чонин не хочет быть, как все. Эта история о проклятьях, непринятии себя, неправильных отцах и плохих компаниях. Эта история о гневе и сексе, о растянутых свитерах и сухих иголках, о безумии и неумении жить, но отчаянном желании научиться. Эта история - о любви.

Огромные шайки бандитов рыщут по всем улицам в поисках новых жертв и игрушек для своих потех. В городе разруха, правительству (точнее тому, что от него осталось) абсолютно плевать, что происходит за пределами четырех стен, в которых они сидят. Все существующие отморозки разделились на «стайки», вооружились и разгуливают по переулкам, пугая выживший народ, а тех, кто их глазу просто не понравился, расстреливали на месте. Меня зовут Дун Сычен, я скиталец, и это - моя история.

это их первое лето.

Непонимание может разрушить все, однако именно просчеты рзрушат все. Кое-чего в Чжиене слишком много: безрассудства. Потому что время не перепишет себя ни для кого, даже для Чжиена. Как безрассудно с его стороны было думать, что это будет стоить ему не более, чем многого.

Когда Джиён встречает свою родственную душу, ему девятнадцать, а его истинному - неделя от роду. И уже тогда стало понятно, ничто не будет прежним.

Обычно Чанёль выглядел холодным и отрешенным, когда появлялся на нижних этажах купальни. Со стороны казался высокомерным и немного раздраженным. Но с Дио Чанёль не был таким. Больше нет. И это заставляло его чувствовать себя особенным.

Теперь-то Чанель знает, что мир Кенсу горьковато-соленый.

Я бы обнял тебя, если бы ты знал о моем существовании.

ты был бы последним, кого бы я захотел убить

Даже Луна во время затмения не полностью скрывает Солнце от чужих глаз. И Тэиль не сможет.

Глядя через стол в баре, куда Сычен выбрался вместе с шестерыми своими друзьями провести выходной, на закинутые на колени Куна тэновы ноги, Дун думает, что жизнь странная и лицемерная штука. Он поддерживает разговор, смеется над шутками Цяня, стебет Деджуна вместе с Тэном, ведет себя так, как вел себя и до этого в присутствии двух его встречающихся друзей. С тем лишь исключением, что теперь он заново латает свои раны и хранит не только свою тайну.

тэен видит эти цифры везде: на столе, в учебных записях, на листках, что аккуратно сложены в его рюкзак. сычен видит только тэена и изрисовывает тетрадь этим злосчастным числом.