Куникида не знал, чем он сейчас был шокирован больше — тем, что к нему по среди ночи в комнату заявилась эта несносная девочка или же тому, что сделала она это через окно на 18-м этаже его квартиры. Её кожа была поразительно бледной, даже скорее белой и отражала лунный свет. Она коварно улыбалась, обнажая неестественно длинные и острые клыки. — Привет, красавчик, помнишь меня? — спросила Айя. — Коротышка, что с тобой случилось? — сглотнул Куникида, невольно пятясь назад.

Она училась терпеть боль с детства. Она научилась быть сильной. А значит сможет быть рядом с ним сейчас...

Доппо Куникида – человек слишком принципиальный. В его большом списке требований к "идеальной девушке", кажется, столько пунктов, что ни одна представительница прекрасного пола не смогла бы подойти по всем параметрам. Вот и Ая Кода в своё время не смогла, ведь тридцать один пункт "совершенного" списка явно помешал. Но что, если самой главной причиной не быть с девочкой являлся возраст?

На страницах Идеала аккуратным каллиграфическим подчерком расписаны критерии, под которые должна подходить идеальная девушка. Ёсано не подходила не под один из них.

счастье - круглое и жёлтого цвета, так считает сам куникида, а он в этом разбирается.

«"Будь я на месте Дазая, я бы выбрала тебя", – подумала Ёсано и вышла за дверь».

"А потом Ёсано снова заснула на его кровати, и к Куникиде пришло странное, не полагающееся ему спокойствие".

"Куникида всё примеряет к ней пункты своего списка – с того самого первого раза, когда она оказалась слишком близко, и до сих пор. Ничего не подходит – Ёсано скользит по краю списка, он не в силах её выразить, она смеётся над ним".

Beast. Доппо жалуется Акико, что Рюноске слишком неуправляемый. Доктор принимается за лечение.

Йосано не подходила ему. Йосано была старше на три года и обещала с грохотом отпраздновать свой третий юбилей через пять лет, носила юбки выше колена, коротко стригла волосы. Йосано соответствовала только одному пункту в идеальной фантазии Доппо – тому самому пункту, который, судя по вмятинам на следующей странице, был перечеркнут множество раз, был причиной вырванного листа, а затем оказался записан вновь, несмотря ни на что. Йосано могла постоять за себя.

Доктор Йосано отлично знала, что испытывает к ней Доппо Куникида, но предпочитала невозмутимо его игнорировать. Само пройдет, думала Акико, надеясь, что дело всего лишь в том, что на работу она носит чулки.

Зал снова молчит, как на поминках, слышен лишь скрежет дамских ногтей по столикам и тихие, едва слышные перешептывания. – Продано! – Объявляет мужчина, стуча уже в последний раз молотком, как зал тут же осыпается множеством аплодисментов и всяких россказней.