– А ты возьми и тоже потрахайся с боссом, - прошептал Юнги с ухмылкой. Чонгук перестал жевать и поморщился. – Ты вообще в своем уме, Юн? Никогда в жизни я не лягу под Ким Тэхёна.

Придя в массажный салон с целью расслабить тело, Ким Тэхён никак не ожидал встретить там ненавистного бывшего. И уж точно не думал, что бонусом к массажу получит ещё и сногсшибательный оргазм…

— Я по тебе так сильно скучал. — А я нет. Дрочил пару раз на твою фотку, но не скучал. — Что? — Что? Чонгук случайно увидел лучшего друга в баре, а тот сильно пьян, агрессивен и возбужден.

— Незаменимых людей нет. Или тебе напомнить? — А давно ты такой нежный, босс? — передразнил, начиная раздражать своей наглостью. — Когда мы ехали сюда, ты говорил, что у тебя все под контролем. На быстром наборе стоял номер снайпера, который должен был при малейшей возможности спустить пулю Чону в голову. Но, кажется, спустил Чонгук. В тебя. И совсем не пулю. Да, Призрак?

Чонгук прекрасно знал английский, но на вопрос Тэхёна ответить не смог. Просто он был не готов узнать в новом учителе своего любимого актера гей-порно.

Тэхён пока его не знает. Знает только, что этого красавчика зовут Чонгук, услышал в разговоре. Но сейчас, глядя на его профиль, губы такие соблазнительные, думает о том, что должен его узнать. Запустить пальцы в длинные волосы, нажать сильнее, чтобы он опустился… Да и сам не прочь встать на колени. Слишком хорош тот, кто как будто намеренно игнорирует и не смотрит в его сторону.

— Я люблю тебя, — прошептал Чон без всяких «тоже». И для Тэхена это прозвучало настолько естественно, но в то же время сокровенно, что он не сдержал тихого всхлипа. Его любят. Кажется, его действительно любят, и для него это впервые.

Дёрнул же чёрт Тэхёна заглянуть в рюкзак компьютерного задрота.

Приблизительно на этом моменте Чон Чонгук, двадцать лет, стример, понял, что цена его гордости — два миллиона вон, а причина её тотальной потери — строчки на мониторе, которые обращены к нему с ощутимой ноткой игривости. «Проведи для меня личный стрим, малыш. Хочу услышать твои стоны», — предложил завсегдатай под ником TaeTae. Два ёбаных миллиона вон перевёл этот парень, чтобы увидеть его, сука, член. А Чон Чонгук, двадцать лет, стример, всё ещё полуголодный студент. Честный студент.

Тэхён не мог так сразу. Он хотел попрощаться. Он хотел ещё хотя бы раз побыть любимым, почувствовать себя нужным и желанным, прежде чем всё уничтожить, сжечь за собой все мосты и разрушить все плотины, затопив к чёрту всё, что строили они эти девять месяцев.

— Пассив или актив? — интересуется деловито мужчина с таким будничным видом, будто обсуждает погоду: очевидно, привык, что модели прыгают в койку по мановению пальца с надеждой на продвижение по карьерной лестнице вверх. — Агрессив, — отвечает Тэхён, широко и издевательски ему улыбаясь. И вдруг слышит фырканье, чтоб, обернувшись, заметить Чонгука, который ну очень старается сдержать рвущийся хохот. И сразу настроение в ноль: — А ты, Чон, нахуй сходи.

Они стоят перед ним — такие одинаковые, но до ужаса разные — и широко улыбаются, предлагая себя. Большие и сильные, оба покрыты вязью тату и самодовольны до неприличия. А Тэхён... что Тэхён? У него под стёклами очков сейчас большие глаза, в которых застыл огромный вопрос, а под растянутым свитером и мешковатыми джинсами притаилось женское кружевное бельё.

- А здесь мой номер телефона, - с улыбкой говорит Чимин, протягивая стаканчик. – Вдруг… захотите позвонить. Пак, почему-то, сглатывает, когда видит, что сонные глаза открываются шире и внимательно смотрят ему в глаза. Мин берет высокий стакан и смотрит на цифры рядом со своей фамилией. Переводит взгляд на Чимина, который, кажется, не дышит под этим скептическим взглядом. - И зачем он мне? – низким голосом спрашивает Мин. – Ты мне домой кофе привезешь?

— Ты топ или боттом, Чонгук? — сказано было таким потрясающе низким голосом, что он с трудом понял суть вопроса. — Топ, — ответил, задницей чуя подвох. — Прямо стопроцентный? — Конечно! — Тогда у нас проблема, моя сладость, — проворковал Тэхён. — Потому что я тоже.

— Да брось, Тэхён, ты же все зубы об него обломаешь, — закинув руки за голову, Ким-старший с удобством вытянулся. — Знаешь, скольких он отшил? А сколько от него в челюсть получили? — Так и я не фиялка, — хмыкнул Тэхён. Стоящий неподалёку омега нахмурился, когда загородивший путь альфа шлёпнул того по заднице. Недолго думающий Чонгук прописал ему коленом аккурат между ног. — Всё, я влюблён, — простонал от увиденного Тэ и двинулся к пышущему гневом омеге. — Земля тебе пуховик, брат.

— Могло бы быть и хуже. — Хуже? — рычит в ответ Тэхён и чуть вперед подается. — Что, блять, может быть хуже, чем застрять с тобой в этих ебенях? Чонгук щурит глаза и молчит, пока Тэхён сжимает кулаки и часто дышит, злость разливается внутри. Но потом Чонгук цыкает и улыбается широко, и как-то слишком довольно, по мнению Тэхёна. — Не знаю, мне лень придумывать. Но я уверен, что бывает намного хуже.

— Я буду в костюме деда Мороза, — Чонгук оскалился в предвкушающей ухмылке. — И мне нужна своя Снегурочка. Так что, если ты готов прийти на вечеринку, нарядившись девицей, то да, так и быть, мы придем туда вместе.

— клубничный дайкири для одного сексуального мужчины с обалденным запахом и самыми красивыми, но грустными глазами.

— Изучаешь мой инстаграм, Чонгук? — довольная усмешка, а он даже отпираться не собирался. — Все рассмотрел? — Забери свою адскую машину. — Сам мне ее верни. Ты же грозился меня найти. — И что? — Ну так найди. Тэхён просто создал блесткобомбу, чтобы отомстить тем, кто воровал его посылки, оставленные курьерами у двери. Он не успел понять, когда все пошло не по плану.

— Именно поэтому у тебя так жёстко стоит лишь от одного моего прикосновения, да? Не ври хотя бы сам себе, Тэ... — Тэ? Какого хуя? Когда мы перешли от «надменного уёбка» к этому «Тэ»? — Когда ты банку пропустил, тогда и перешли. Спорт — это жесткое соперничество, а когда твой самый ненавистный соперник вдруг встаёт перед тобой на колени — игра становится только интересней.