А вообще, это Ичиго виноват. Чего ему вдруг приспичило оставить Казуи с сестрой?

Порой незапланированный выходной лейтенанта может пойти на пользу роману капитана.

Небольшое дополнение к 28 главе «Fireflies».

Кейтаро Куросаки вполне устраивала своя жизнь: лучший всегда и во всем, любимый собственной семьей и волнующийся по пустяковым проблемам 9-летний ребенок. Но каково простому человеку с запечатанной силой синигами? Его мир начинает медленно рушится, начиная со смерти матери и заканчиваясь встречей с родным отцом, на которого он похож как две капли воды.

— Ты ведь понимаешь, что я не могу ответить на твои чувства, — спокойно произносит Хитсугая, и Карин понимающе опускает взгляд и грустно приподнимает уголки губ. Она была готова к этому. — Но я согласен вступить с тобой в отношения. — Куросаки резко поднимает голову, неверующе смотря в бирюзовые глаза Тоширо, и неуверенно сглатывает, боясь моргнуть. — Просто это будет отличаться от твоих представлений обо мне. Ты готова пойти на это?

Перемены он заметил ещё давно, но почему-то именно сейчас он очень активно заинтересовался личной жизнью сестры: частые отлучки из дома, почти не сходящая с лица улыбка и предчувствие. К чему это нездоровое любопытство приведёт?

- Умирать? Мне никогда не было страшно умирать. Произнесла женщина продолжая улыбаться. Она и правда не боялась. Она прекрасно знала, что ее ждет. Что произойдет после того как ее тело перестанет получать кислород, а сердце сделает последний удар. Она знала, что ее уже будут ждать.

История, о которой экранизаторы умолчали из вредности.

«Рассказывать об Обществе Душ – запрещено. Убивать живых или передавать им силу шинигами – запрещено. Заводить романтические отношения с людьми – запрещено».

Решив дать Карин, пострадавшей из-за пустого, свою реяцу, джубантай тайчо попадает во внутренний мир девушки.

Карин никогда не любила спать, что для любого нормального подростка казалось чем-то безумным. Ведь даже сам образ жизни молодых словно вкрадчиво шептал, что сон — единственное, на что можно положится и с помощью чего можно пережить гормональный ад и переход из детства во взрослую жизнь. Но Карин не любила спать, ведь когда засыпаешь, то можно встретиться с жизнью своего соулмейта. А это не всегда радуга и пони.

Хицугая Тосиро не выносил знойную погоду. Но не заметил, как провел пол жарких дня в ее обществе. Карин не любила, когда срываются фестивали, но была готова пережить этот день еще раз.

Хитсугая осторожно покосился на профиль девушки и поймал себя на мысли, что ничего не видит в этой антрацитовой бездне. Ни блеска, ни огня. Просто пустота. Такая всепоглощающая, безнадёжная, что хоть сейчас иди и топись.

Вселенная соулмейтов, где для родственных душ не быть вместе - не конец света; где у каждой пары свой отличительный знак; где быть соулмейтом - быть в меньшинстве.

Метка, проступившая под сердцем в виде яблока. Тоширо уже сто раз успел проклясть её.

— Представь, что я исчезну. — Не может быть такого. — Я тоже так думаю. Но вот представь. Меня совсем нет. Ты один. Ну что ты будешь делать?.. — Переверну все вверх дном, и найду тебя. — Нет меня, нигде нет. Понимаешь? — Что ты ко мне пристала? — рассердился Хицугая. — Если тебя нет, то и меня нет. Поняла?

Ночь была тихая и спокойная. Но к Карин сон все не шел. Она ворочалась на постели, прекрасно осознавая, что дискомфорт исходит изнутри – не одеяло путалось в ногах, а мысли в голове. Если говорить кратко – во всем виноват Он. Если говорить честно – во всем виновата Она. Если говорить откровенно – во всем виноваты ее чувства к нему.

Карин гуляет с другом. Ичиго в бешенстве.

Парень не согласился, но промолчал, наблюдая за тихой младшей сестрой, державшей его за руку. — Только ты не взрослей, Юзу, – просит Ичиго. Сестра смеётся, тихо и нежно, понимая, о чём на самом деле просит брат.

Один день из новой жизни. Сиквел к "Пришедший из воспоминаний".