Розовая Жемчужина оказалась слишком предана своему Алмазу даже сквозь тысячелетия, оказалась слишком правильной и слишком... любопытной.

Желтая и Голубая решили поиграть с запретными границами и зашли очень далеко.

она смотрит ей в спину, промокая насквозь, понимая ровно ничего и всё одновременно. тело трясётся то ли от беспомощности, то ли от ледяных капель с самых мрачнейших туч. этот жуткий звук, сопровождавший девушку раньше по ночам, вновь даёт о себе знать, становясь истошнее с каждым её шагом, с каждым стуком массивной платформы об асфальт. полина не уверена, что ей стоит тянуть руку.

Сара не спала в эту ночь, ведь раскаты грома украшали тёмно-синее небо.

В беззаботном детстве Рагата была готова убить за возможность служить балету. Время идёт, и страсти постепенно стихают, а будни в академии становятся всё более монотонными. Если поразмыслить, то всегда найдётся тот, кто способен прервать череду любой, пусть даже и сомнительной идиллии.

кармилла для вельветт — постыдный секрет. // сборник недо-драбблов, заставляющий окунуться, проникнуться, прочувствовать грязь липкую и сумбурность слёз, от которых воротит.

одной из таких людей была Кармилла Кармайн, известная в аду своим оружием. женщина была... крепким орешком. ее было очень тяжело вывести на эмоции. это только сильнее пробуждало в Вельветт интерес.

Этого больше не повторится. Кармайн не позволит снежному королевству растаять в своей душе. Вельветт понимает все. Не станет падать в колени, судорожно моля вкусить этот запретный плод вновь. У них целая ночь впереди, чтобы насытиться на долгие годы. Несколько часов свободы перед тем, как вновь натянуть на свои запятнанные души броню из стального равнодушия

Очередное, глупое и никому не нужное собрание среди Оверлордов, где Вельветт и не пытается сделать вид, что ей интересно слушать Кармиллу Кармайн. Интересно становится лишь только тогда, когда женщина нависает прямо над ней, а Вельветт в свою очередь тянется, до дрожи в коленках хватается за изящное тело, впиваясь острыми когтями прямо в напряженную плоть.

Люди поклоняются богам. Падают на колени в благоговейном почтении, смотрят снизу вверх как на безукоризненное величие, которого им никогда не достичь, приносят жертвы, порой даже готовы отдать собственные мимолётные жизни... Люди поклоняются богам, и только одно божество поклоняется человеку.

Днем она отвечает знакомым в твиттере, занимается испанским с гувернанткой и пьет зеленый чай. А вечером встречает её. У Макс Мэйфилд затасканный скейт, комбинезон уж точно не фирменный, и её кедам далеко не первый год.

Наблюдай, люби, действуй.

И вот перед глазами вновь прошлась вся жизнь, начиная с самого младшего счастливого возраста, заканчивая взрослым не счастливым возрастом.

Вероника знала с самого начала — старшая школа сожрёт её с потрохами. Но она не догадывалась, что палачом станет сама Хезер Чендлер.

Эбби, несмотря на свою паническую реакцию, полностью зависим от Оливера. Он чувствует себя уязвимым, его страх перед потерей этой странной, но жизненно важной связи превращает его в пленника своих же эмоций. Извинения и мольбы — это всё, что у него остаётся.

Эбигейл вздрагивает, когда влажный язык впервые проходится по внутренней стороне бёдра, и тотчас же всхлипывает: Оливер до крови прокусывает кожу, разрывая стеклянные капилляры. Он шепчет что-то неразберимое, что-то, наверное, обидное или по крайней мере подлое. До его ушей доносится гадкое "ничего не можешь без меня", и он прикрывает глаза: старается игнорировать происходящее.

Оттягивание прядей закономерно становится очень болезненным, и Эбби сжимается от страха. Ему вот-вот плюнут в лицо, Оливер сейчас вытащит откуда-нибудь листок с примерами или запустит вшей на кожу головы, громко улюлюкая и тыча в него указательным пальцем. Чужие ладони сомкнутся на его тонкой шейке, и всё закончится неслышным всхлипом.

Школа № N совершенно отличается от других, как видом, так и правилами. Но возможно, даже не смотря на жестокие правила, в учителях есть капля доброты и сожаления? Может быть, они не такие, какими они себя выставляют? Почти никто не знает, как они ведут себя не на глазах учащихся и за пределами школы. Все знают их либо как безжалостных учителей садистов, либо как просто учителей, которые подчиняются таким правилам. Здесь вы найдете немного их повседневности, которая остается за пределами школы.

Именно то, что указано в названии )

На этой фотосессии Хиёко твёрдо решила, что наконец-то сделает первый шаг.