От однокурсника Антона Шастуна пахнет горной свежестью, и это — привычно, обыденно. Но когда Арсений сталкивается с запахом его возбуждения, ранее закрытое под семью замками либидо начинает бить в колокола.

Теория требовала наработки опыта, и только поэтому Арсений решается на совсем уж отчаянный для самого себя шаг. И ещё один. И ещё. В общем, идёт Арсений упрямо и уверенно в «Бусинку» - любимый гей-клуб, знаменитый своими «комнатами расслабления».

Поздней ночью, после съёмок Джема, случайно наткнувшись на порно, где один из актеров отшлепал другого, Антон не смог просто подрочить и вернуться в постель к спящему Арсению. Поэтому, дождавшись мужчину с утренней пробежки на следующий день, он предпочёл на завтрак не яичницу или любимые булочки. А сделать то же самое с ним.

Антону нужен перерыв в отношениях, но Арс принимает все слишком буквально.

Попытка наладить отношения с коллегами приводит Арсения к тому, что субботним вечером он сидит в темном офисе в компании тыквы, стремной одноглазой куклы, горы цветного картона, старинной книги и двух бутылок игристого. Взбешенный, обиженный и с немного нарушенной координацией. Что же может пойти не так.

Арсений сидел в шкафу и прикреплял телефон к задней стенке. Если не учитывать неудобной позы, из-за которой на идеальном теле образовалась пара предательских складочек, выглядел он как надо. На щеках играл румянец, длинные накрашенные тушью ресницы подрагивали в ожидании начала. Кожаная портупея привычно давила на влажную кожу, а укороченная футболка из сетки даже не пыталась прикрыть тело.

Арсений аккуратно сел на театральное кресло в шестом ряду. Небольшой зал, небольшая сцена, зато большие актёры, которые ведут себя как дети и никак не могут начать прогон. Попов хотел уже по привычке закинуть ногу на ногу, но пробка внутри дёрнулась от движения, и Попов, еле скрыв стон, уселся и опустил ногу на место. [AU: Арсений художественный руководитель в театре, где Антон работает актёром]

Возможно, когда вы в отношениях много лет, секс редко является основополагающим мероприятием этих самых ваших отношений. И, возможно, когда вам уже под тридцать, и либидо не устраивает гормональных американских горок, тоже. Но Арсению двадцать, с либидо у него более чем нормально, а встречаются с Антоном они всего месяц. Месяц из которых тридцать дней Арсений не может думать ни о чём, кроме секса.

Ну, потрахались в инете, с кем не бывает.

Об Арсении ходили разные слухи: кто-то говорил, что он сам ещё 16-летним мальчишкой пришёл в бордель и продал собственное тело, кто-то говорил, что его похитили, когда труппа акробатов, с которыми он работал, переезжала на новое место для очередного выступления. Важно было одно – его хотели заполучить все публичные дома, но сейчас этот волшебный мальчишка принадлежал «Красной розе», и совсем скоро должно было начаться его первое выступление. [AU: Арсений работает в борделе, Антон - тайный гость]

Антон обнимает его так, будто в любой момент готов отпустить. И, самое страшное, — уже меньше чем через час действительно отпустит.

Ау, где Антон устраивается на новую работу и совсем не банально втрескивается в своего директора

– Я пришел к вам на веки поселиться, – Арсений говорит шёпотом, доставая из верхнего переднего кармана джинсовки зубную щётку. Параллельно из-за его спины показывается букет тех самых ромашек. | ау о переживаниях, сложностях, чувствах, заботе и любви |

Вообще, дракону не понять, зачем принцесс закрывают в башнях. Что за мода такая пошла? Нет, работа таки хорошо оплачиваемая, Антону нравится, что можно договориться на оплату золотом, возлежать потом на нём удобно, вольготно любоваться камнями драгоценными, медитировать, так сказать.

По заявке со сторифеста 1.384 Mile High Club – это собирательное слэнговое определение для людей, которые занимаются сексом на борту находящегося в небе самолета. Антон и Арсений – незнакомцы, у которых происходит случайный секс в самолёте.

Арсений Сергеевич — классный руководитель ребёнка Антона Андреевича, поэтому между ними совершенно точно не может быть никаких всяких этих самых.

Антон стрижётся едва ли не налысо, оставляя только ершистый ёжик волос. Антон видит: Арсению не нравится. Но это же ведь его внешность, правильно? Его тело — его дело, так там в тик-токе говорят?

Уже на выходе из больницы, получив все направления на терапевтов, гинекологов и прочую соль земли, Арсений гневно печатает "Ублюдок, мать твою, вообще больше ко мне не подходи никогда" и добавляет Антона в блок. Au, где Арсений — королева драмы, а Антон — звезда медиа-пространства

В преддверии 1854 года Арсений устраивает пышный бал-маскарад по мотивам сказки Гофмана, дает со своим театром особый спектакль и посреди праздника, суеты и веселья успевает уединиться с Антоном на вальс и не только.

— Арсений Сергеевич, а вы знаете, что… — Антон! — от внезапного раздражённого окрика Шаст аж дёргается, чуть не подавившись и не проглотив жвачку. Но, словно ничего не происходит, продолжает, смотря прямиком в горящие синим пламенем глаза. — Знаете, что такое мятный минет? И выдыхает подошедшему непозволительно близко Арсению в лицо ментоловым ароматом.