Когда Чимин переодевается и снова садится за стол, Юнги показательно откидывается на спинку стула, не притрагиваясь к ручке, и предлагает: — Давай коротко, что случилось и стоит ли оно вообще протокола.

Юнги похож на кота. Был у Чимина один такой знакомый мэйн-кун, который сам гладится об тебя, пока насыпаешь ему пожрать, и, как оглашенный, бежит в ванную, стоит намочить руки, чтобы попить воды с этих самых рук. Но как только пытаешься пройти мимо него слишком близко, и эта мохнатая жопа шипит и агрится. Или охотится на твои ноги со скуки и когда захочет внимания.

Его тронутая смущением щека совсем близко к губам Юнги, и тот сокращает это расстояние, даже не думая, прикасается беззвучно к горячей коже. Как забавно получается. Он всю жизнь избегал отношений, чтобы уберечь себя от чувств, способных вызвать в нем слабость, - а в итоге он оказался гораздо слабее, отрицающий свои чувства, чем Чимин, признавший их.

Был бы Юнги обычным незнакомцем, и Чимин бы уже в лепешку расшибся, но взял эту крепость штурмом. Но это был хён. Нет, не так. Это был ХЁ-О-ОН. Которого Чимин знал со школы, с которым они ужасно трогательно дружили, в которого прежде Чимин был вкрашен под соусом из отягчающего детского обожания, а теперь вырос и захотел хёна своим взрослым телом и с обновленными намерениями – холить и оберегать. Ну и любить конечно...

У Чимина с алкоголем странный, продолжительный и слегка нездоровый роман – они друг друга томно любят на расстоянии, но стоит Чимину лишь пригубить, и ничем хорошим ночь уже не заканчивается. Юнги-то уж в курсе. Или история, в которой Чимин однажды звонит Юнги ночью пьяным, и тут все заверте-

Юнги обнаруживает его в своей студии, когда возвращается после короткой и скорее формальной летучки с ребятами. Непонятного парня, который без спроса и приглашения лежит в полумраке на его диване.

Юнги не считает, что судьба к нему несправедлива. Но иногда она умеет без предупреждения ввернуть под дых. Юнги смотрит на белые кружева на фоне своих бледных голых ног в потертых кроссовках – красиво, но блядь... – и сильнее затягивается

Юнги не смотрит в его сторону, когда Чимин осторожно входит. Он просто моет здесь руки, ничего такого. У него вовсе не горят щеки, вовсе не дрожат пальцы, и вовсе не его мокрые следы размазаны по зеркалу. Он просто моет руки.

– Я лишь хочу ощутить то же, что и ты. «Тогда влюбись», - думает Юнги про себя. Хуячит сильнее любой наркоты.

Юнги работает на благо группы. Он проводит едва не сутки, поглощенный звуковыми дорожками. Но что остается делать, если один из главных вокалистов, Чимин, упрямо отрицает свои возможности? Юнги в голове строит просто блестящий план, который не сулит Паку спокойной ночи и сладкого сна. А высокие ноты он взять обязан.

Чимин просыпается медленно, лениво, не до конца понимая, что его разбудило. Покачиваясь на волнах дрёмы, парень почувствовал, как скользит по горячей со сна коже сквозняк из приоткрытого окна, как медленно, но верно сползает по спине вниз одеяло.

Юнги занимается ремонтом бытовой техники и всяких прочих людских девайсов. Пак Чимин первый в его жизни клиент, который просит починить игрушку для взрослых.

О бэд-боев Чимин наебнулся не раз, и не два, в основном – обидно, больно и травматично для самооценки. С перманентным занижением которой он и сам отлично справляется. Юнги для стопроцентного попадания в шаблон не хватает только Харлея и переизбытка татуировок. Правда, серьезному взрослому продюсеру действительно больше подходит вместительный черный Хёндэ.

Взрослая жизнь, новый год, Пак Чимин.

Пак Чимин почти собрал анти-гейское бинго — у него симптом повышенного рвотного рефлекса, низкий болевой порог, и, кажется, всё-таки синдром раздражённого кишечника. И его бы всё это не сильно волновало, если бы не одно но, из-за которого ему и не собрать анти-гейское бинго до конца — Мин Юнги.

Чимин вел эфиры с Юнги на университетском радио уже несколько лет. Половина университета мечтала увидеть их как пару. Чимин мечтал тоже.

Чимин соврет, если скажет, что не ждал чего-то такого, и вот наконец это произошло: у его вечно пасмурного, как небо в сезон дождей, но слишком симпатичного соседа внезапно появляется собака.

Он смотрит на самого себя в немом шоке, потому что последнее, что бы он на себя напялил, будучи профессиональным убийцей, это семейные шорты, пляжную рубашку в пальмы и шлёпки. Он выглядит так, будто пять минут назад жарил блинчики на кухне, а сейчас вынужден успокаивать какого-то психа на собственном заднем дворе. - Погоди-ка! Безвкусная одежда, семь ножей на три кармана и унылое выражение лица. Агу, ты ли это? - хохочет радостно Китти за его спиной, и Юнги отключается снова.

Юнги понятия не имеет, каким образом он должен ответить на этот вопрос. Это будто и не было одним моментом, не было никакого «именно». Будто все то время, проведенное с Чимином в течение жизни, начиная с момента знакомства на детской площадке, начиная с того первого раза, когда Чимин ему улыбнулся, готовило его к этому. К тому, что он неизбежно влюбится, и это будет взаимно. А вообще это забавная история о долгой дружбе между Юнги и близнецами Пак, где в итоге один из них оказывается ему ближе.