Круизный лайнер, бушующее море и сильная любовь.

Хёнджин и Феликс не могут назвать друг друга друзьями. Они друзья их друзей. У них нет ничего общего и они могут нормально чувствовать себя только в компании. Возможно ли найти общий язык с таким, казалось бы, чужим человеком? Феликс очень бы хотел ответить на этот вопрос. И надеется, что у него это получится.

Что может быть хуже боулинга? Только то, что друзья тебя туда вытащили прекрасно зная, что ты плохо в него играешь и то, что ты там встретился со своим парнем, с которым вы взяли перерыв.

Хёнджин вор, не по своей воле. И однажды ему дали задание: обчистить квартиру одного парня, который делает каждый месяц щедрые пожертвования. Только вот оказалось, что хозяин квартиры не такой, как о нем говорят.

Феликс обычный студент, с обычной жизнью. Но с необычным хобби. Он коллекционер ножей-бабочек.

я был так пуст, железными свинцами, наполненный стенаньем саркофаг, когда же ты, звездой вошел в сознанье, я полюбил тебя мечтаньем, просто так. я полюбил тебя в экстазе, пылающих румянцем мягких щек, в безмолвном, тянущем рассказе о темноте внутри. себя обрек. на все безмерные страданья. и плавлюсь в ожидании тебя, желанной родинки под глазом и меркнущих веснушек сентября.

Пойти погреться у Хёнджина в общаге «пока соседа нет», было плохой идеей. Купить красное полусладкое вино и упаковку мармеладных мишек — ещё хуже. Да и накрываться одним пледом было просто ужасным решением. Феликс буквально ощущает жар, исходящий от тела друга. И будто алкоголь подкидывает дров в пламя. Щёки начинают гореть как-то непривычно, а в голову лезут всякие дурацкие идеи.

А Феликс шёл ко дну вместе со своей любовью. И если спасение утопающих — дело рук самих утопающих, то Ликс справлялся из ряда вон хуево: готовил Хёнджину завтраки, подолгу зависал и наблюдал за Хваном, пока тот качал пресс, зацепившись за стул ногами. В общем, делал всё, чтобы из этой влюблённости не выбираться.

Хёнджина сложно вывести из себя. Но в тот момент, когда Феликс притащил пакет чупа-чупсов из супермаркета, все изменилось. Бесконечные чмокающие звуки, фантики, разбросанные по всей общаге, выводили Хвана из себя постепенно, день за днём. Быть может, Феликс только этого и добивался?

Хёнджин был во всех смыслах идеальным альфой. Если не считать любви к вибрирующим игрушкам в себе и желании подчиняться. Феликс был во всех смыслах средним омегой. С пультом от этой игрушки и желанием обладать Хваном.

Хёнджин думал, что видел уже всё. И ничто не способно удивить его. Но стилисты решили иначе. И нацепили на Феликса шорты с юбкой и чулки в мелкую сетку.

– Пересдача. – Что? – пораженно выдохнул Феликс, получив на первом же экзамене «неуд». – У Вас вместо ответа на пятый пример после «равно» нарисовано сердечко, – Хван взял лист Феликса в руки и пробежался по нему ещё раз, – в третьем и шестом ошибки, а в седьмом, это что? – нахмурился он, – это Ваш номер телефона?

— Ясно, — печально вздыхает альфа, прикрывая глаза, чтобы сконцентрироваться, — Знаешь, я готов спрыгнуть из окна, чтобы проверить, сон это или нет. Настолько всё нереально. — Ага, конечно, чтобы завтра везде в газетах было написано: «Хван Хёнджин - модель, плейбой, амбассадор «versace» и лицо компании «lee brothers» найден у себя во дворе мёртвым из-за фотосессии с омегой...» — Не просто с омегой, а с самим Феликсом, Ли Ёнбоком.

Хван Хёнджин восхищал своей силой. Его уважали и друзья, и враги. И Феликс тоже уважал. Уважал и немного боялся. Он привык к скромности и простоте, к лугам, полным жёлтых одуванчиков, из которых он любил плести венки, привык к крикам отца о своей никчёмности и к тому, что его никто не замечает в родном доме. А Хёнджин пришёл как гром среди ясного неба, одним своим видом и запахом вышиб из Феликса воздух и заставил подогнуться колени.

Феликс был красив в одежде, ещё лучше – без неё, но иной раз его наряды будили в Хёнджине нечто звериное. — Нравится? Маленькие пальцы перебирали крупные жемчужины, в три ряда украшающие шею. Феликс играл с колье, а на самом деле – с огнём. — Очень, – выдохнул Хёнджин, не отрывая взгляда от бойфренда. «Как же ты будешь хорош, когда на тебе не останется ничего больше».

Хван Хёнджин – молодой мафиози, а ещё он любит на досуге сыграть в покер. И в его казино окопался Феликс – неуловимый шулер. Их противостояние началось за карточным столом, и Феликс заставит Хёнджина проиграть любой ценой. Но она будет высока…

Хёнджин хотел любить и нарисовать портрет с натуры. Феликс согласился позировать и случайно украл сердце друга. «Ты влюблён в идею любви» – но некоторым идеям свойственно претворяться в жизнь.

Не подозревая о подставе, Феликс и Джисон всё же приняли предложение парней сыграть с ними в одну интересную игру.

Даже в своих самых смелых фантазиях Хёнджин ни разу не представлял своего главного врага Феликса в подобном наряде. То есть с набором уши-хвост и в слитном кожаном боди, сидящем в облипку. Таким тесным и тонким, что на груди проступали очертания горошин сосков.

Светлые детские воспоминания о первой школьной любви разрушились, когда Феликс увидел Хёнджина, своего бывшего одноклассника, в стриптиз-клубе. – Он будет танцевать для тебя в отдельной кабинке. С днём рождения, Ликси!