При самых благоприятных обстоятельствах Шан Цинхуа не пришлось бы проклинать все решения, которые принимает Ло Бинхэ, если бы каждый шаг Ло Бинхэ как почитаемого правителя царства демонов не отслеживался так тщательно, и не подражался всеми демонами. (фик о том, где Шан Цинхуа - самый завидный жених в мире демонов).

Тягучая, мягкая повседневность - тянется однообразно, но этой однообразностью и дорога. Привыкнув к мирной глади, не стоит забывать – всегда что-то может пойти не так.

У Шан Цинхуа всегда был весьма изощренный подход к вещам. Мобэй-цзюнь еще не до конца осознал, что спорить с вечно снующим под боком человеком идея не продуманная до конца. Исход подобных споров может в корне отличаться от намеченного ранее плана для обоих и Королю Северных Земель придется спокойно мириться с его прихотями.

Иногда, до этого скрываемые мелочи складываются в полноценную картину, и от осознания чувств и всего происходящего голова идёт кругом. Остаётся только как-то донести другому то, что в полной мере ты сам осознал лишь недавно.

Мобэй решил связать свою жизнь с Цинхуа. Они знакомы много лет, Цинхуа спас ему жизнь и очевидно пытается понравиться. Но всё оказывается не так просто. Копившееся годами недопонимание - и привычка Мобэя измерять всё по меркам демонов, - могут помешать ухаживанию. Можете посмотреть на замечательного Мобэя работы Snus_Mumrik : https://drive.google.com/drive/folders/1y07DorhsjZHI7YKO_Ny_tZoTNqsoof4y?usp=sharing

Жизнь и взгляд Мобэй Цзюня на его отношения с Цинхуа, от первого пробуждения рядом с незнакомым человеком до приглашения самого важного человека на церемонию Вознесения. Или попытка описать жизнь и отношения Мобэя через понятные ему условности мира демонов.

— Я должен принести знаки с каждой границы, — говорит он — Соль с моря Востока, ветку кипариса с запада, цветы камелии с юга, лёд с севера. И кровь нового поколения. — Ещё только весна, мой король, — говорит Шан Цинхуа. — Как ты собираешься устанавливать надгробие? Мобэй-цзюнь пожимает плечами. Шан Цинхуа вздыхает. — И почему всегда нужна кровь? — Ударь меня снова, — говорит Мобэй-цзюнь. — Если хочешь.

— Мой король, — начинает Шан Цинхуа. — мы приближаемся к одной из самых благоприятных дат для свадьбы. Мобэй-цзюнь смотрит на него снизу вверх. — О? Шан Цинхуа кивает. — Если мы не начнём подготовку сейчас, будет затруднительно...организовать свадьбу вовремя. Мобэй-цзюнь, нахмурившись, откладывает кисть. — Это было бы не идеально. (ИЛИ: Шан Цинхуа — сваха Мобэй-цзюня)

Мобэй приказывает проваливать, и Цинхуа слушается. Им, конечно, стоило бы поговорить, но...

Шан Цинхуа быстро кивнул, расслабляясь только тогда, когда Мобэй Цзюнь оторвал свой взгляд и лег обратно на бок, подпирая рукой голову. Потом он сделал кое-что действительно ужасающее — он улыбнулся, его губы изгибались таким образом, будто это было самим порождением злобы, посылая вдоль спины Шан Цинхуа дрожь. — Хорошо. Остальные не должны касаться того, что принадлежит мне. (или 5 раз, когда Мобэй Цзюнь удивил Шан Цинхуа + один раз когда Шан Цинхуа удивил его.)

Мобэй Цзюнь не понимает Шан Цинхуа. Он все время думал, что знал его, но каждый раз убеждался в обратном. Ему остается только перестать предполагать, и начать учиться. - История Мобэй Цзюня и Шан Цинхуа, глазами ледяного короля.

Всё, что хотел Шэнь Цинцю это напиться. Разве он о многом просил?

Небольшая история о взаимоотношениях писателя с героем своей книги. Шан Цинхуа, который не такой простой, каким желал казаться, и Мобей Цзюнь, пытающийся пересилить свое прошлое для счастливого будущего. Что же из этого выйдет? ... Продолжение истории Шан Цинхуа, в которой мы видим все его переживания и сомнения. И его путь к своему счастливому финалу. Что было до канона и после него.

Среди людей с севера существовала легенда, что ведала о волчице, однажды спасшей дитя, а затем родившей своего ребенка, что не был схож ни с человеком, ни с волком, однако одновременно являлся и тем, и другим. Северяне все шепчутся о происхождении легенды и платят дань в их честь. Шан Цинхуа полагал, что это достаточно интригующая история и планировал использовать ее как основу для своего произведения. Когда он решил пересечь черту Северного леса то получил больше, чем мог себе вообразить.

В телеге, запряженной быками, Бог и его призрачный муж встречают мастера и его ученика.

— Учитель, я уважаю Ваше стремление защитить Нин-эр и обещаю её не беспокоить… — стихийный импульс вытеснил всё, что в обществе принято называть словом «стыд», и Ло Бинхэ больше не думал ни о благопристойности, ни о почтительности, ни о чёртовой учёбе. В крови бурлил азарт. Губы сами собой расплылись в невинной улыбке, и он пошёл ва-банк. — Если поцелуешь меня. Сюда. Он указал пальцем на уголок своих губ. Шэнь Цинцю в своем кресле медленно напрягся.

На учеников школы чародейства и волшебства Хогвартс нападает таинственный монстр. Директор Юэ Цинъюань поручает декану Слизерина, Шэнь Цинцю, разобраться с этой напастью, и не только потому, что тот - преподаватель Защиты от темных сил, но и поскольку неизвестное чудовище больно подходит под описание монстра Слизерина. Рассчитывая поскорее разобраться с раздражающей задачей, Шэнь Цинцю и не догадывался, чем для него закончится расследование.

Жизнь Шэнь Цзю вот уже пять лет была до смешного предсказуемой. Дома – гиперзаботливый муж, жизнь которого расписана по минутам, в институте – до скуки педантичные и «правильные» преподаватели и не менее «идеальные» студенты. Все его существование – один сплошной ритуал вставания и засыпания, домашних обязанностей и милования с мужем, проведения лекций и проверки работ. И тут в в жизнь Шэня влетел один нахальный студент. С чудесными и лукавыми карими глазами.

Духовные крылья — величайший дар этого мира (и проклятие, если найдется тот, кто умеет читать по ним). Ло Бинхэ вызвал на поединок и одолел восемь светлых орденов со ставкой на крылья и все связанные с ними регалии, включая жизнь. На очереди Цанцюн и схватка с Шэнь Цинцю. Но справится ли он или все вновь пойдет не по плану?

Ло Бинхэ ненавидит Шэнь Цинцю, в каком бы мире он ни оказался. Во всяком случае, он в этом убежден, хотя буквально все, включая богов на Небесах, видят обратное.