Волан-де-Морт побежден, война окончена, но Ремус не может собрать себя воедино до тех пор, пока в его руках не оказывается маленький плачущий мальчик, ждущий, чтобы он утер его слезы.

Руководство Сириуса Блэка к тому, как любить Ремуса Люпина.

Джеймс устал из года в год наблюдать за тем, как его друзья, по уши влюблённые друг в друга, не могут собраться с силами для признания. Их чувства взаимны – в этом убежден он, Питер Петтигрю, Лили Эванс и большая часть Хогвартса. И если Бродяга и Лунатик и дальше собираются ходить вокруг да около, изводя всех в радиусе одного небезызвестного магического замка нелепым флиртом, пустыми заигрываниями и тошнотворно милыми взаимодействиями, он обязан помочь им увидеть что-то дальше своего носа.

Сириус не без помощи друзей находит интересный способ помочь Римусу пережить ночь перед полнолунием и во многом разобраться.

Был конец седьмого курса, экзамены неизбежно приближались, и Римус Люпин проводил каждую свободную секунду в библиотеке. Римус разрешил присоединяться к нему только пятикурсникам, которые входили в его учебную группу, и то только в назначенные часы. Единственным исключением из правил, и не по воле Римуса, был Сириус Блэк.

С Сириусом что-то не так. История о подростковой драме, непонятной ориентации, неожиданном влечении и, конечно, о любви. Это всегда о любви.

Когда Мародеры учились на третьем курсе Хогвартса, Джеймс Поттер подарил Сириусу Блэку одно из сквозных зеркал, оставив другое себе. С тех пор зеркалами пользовались каждый раз, когда в них была необходимость, пока…

Когда Сириус импульсивно выпивает сыворотку правды, двое других Мародеров пытаются не дать ему рассказать о своих чувствах одному человеку.

Тяжело быть лучшим другом Сириуса Блэка, ведь к тебе постоянно норовят подойти разные девушки, и, с вероятностью девяносто девять и девять десятых процентов они просто хотят спросить у тебя, кто ему нравится. Но становится гораздо тяжелее, если ты ещё недавно понял, что гей, и не просто гей, а влюблённый в своего лучшего друга…

Джеймс, наконец, добился расположения Лили, однако Сириус крайне не рад романтическим победам товарища. Дружба Мародёров трещит по швам. Кажется, это конец? Ремус устал от этих бесконечных ссор.

Раньше, лет так в тринадцать, Лунатик задавался вопросом, чего же он хочет больше, быть Блэком или быть с Блэком, сейчас у него уже есть точный ответ.

Ремус Люпин становится свидетелем события, которое вынуждает его столкнуться с собственной неуверенностью и неразделенными чувствами. В попытке принять правильное решение он не замечает очевидных взглядов, намёков и слов со стороны Сириуса Блэка. Хорошо, что у него есть целые зимние каникулы, чтобы во всём разобраться.

Сириус вопросительно посмотрел на Сохатого и принюхался, когда в нос попал приятный, но совсем не джеймсовый запах.  —Сохатый, какого черта ты пахнешь Лунатиком?

Четыре совершенно разных дня рождения из жизни Сириуса.

С каждым годом эта зависимость становилась только сильнее. Одного лишь звука щелчка ремня и расстёгивания ширинки Ремуса было достаточно, чтобы рот Сириуса наполнился слюной, как у собаки Павлова после звонка.

Сириус думает, что знает Ремуса как никого другого. Пока не столкнулся с ним - в прямом смысле слова, - и посмотрел на Ремуса так, как не смотрят на друзей. И с тех пор Сириус думает слишком много, а ещё чувствует и фантазирует, и всё это вина Ремуса Люпина.

Как Сириус и Ремус ревнуют.

— Ты не можешь просто вламываться ко мне в дом, Сириус, — голос Ремуса дрожит, пусть он и всеми силами пытается держать его ровным. Сириус видит, что он истощён, замечает бледность его кожи и сверкающие глаза поверх глубоких ран. Он задаётся вопросом, когда Ремус в последний раз нормально спал. Не прошлой ночью, точно нет, и, может, не позапрошлой, и не ночью до этого. — А ты бы впустил меня?

Обычная ночная вылазка из замка под мантией-невидимкой.

Ремус хочет помочь, Сириус учится кое-чему новому. Диван слишком тесен для этого.