Мегуми давно понял, что мир — это место страданий. Он разбивает, ломает и забирает, забирает, забирает. Но, возможно, даже сломанные души смогут обрести покой в объятиях любимого. Или история о том, как Мегуми попадает в параллельную вселенную, где Гето Сугуру и Годжо Сатору — его родители.

годжо не может выключить бесконечность, она несокрушимым щитом окружает его тело, лишая возможности почувствовать прикосновения других людей.

Или короткая история о том, как Гето всё же смог склонить Годжо к утреннему сексу.

Они только вернулись с миссии: Сугуру сдерживает нервный вздох, пока колени Годжо протирают деревянный пол в коридоре общежития. Сугуру думает, что «детка» звучит не так уж и плохо, если речь идёт о Сатору.

Никакая учеба не помешает Сатору урвать немного времени с его Сугуру.

А что, если я исчезну? Гето был таким красивым, таким охуенным, он был лучше всех на этой планете. Годжо считал Гето лучше себя, пока Гето считал Годжо лучше себя.

«Может, ты просто боишься, что тебе слишком понравится? Станешь разлагающимся сексоголиком, который только и знает, что всё время умолять меня его связать».

У Сугуру много хлопот: миссии, проклятья, воспитание нового поколения, забота о сиротах, Сатору Годжо. У него почти не выдается времени, чтобы предаться своим темным мыслям и кануть в пучину ментальных проблем. Стоит этим мыслям начать мелькать в сознании и Сатору вырастает рядом словно из под земли, словно один из его глаз всегда направлен точно внутрь головы самого Сугуру. Он не может его вылечить, но умело разгоняет тучи.

Окно открывается быстрее, чем Годжо успевает сообразить. И быстрее, чем все успевают опомниться, Сатору и его новый знакомый летят вниз со второго этажа.

Сатору лихорадит уже два дня. Гето узнал об этом только благодаря Сёко, которая и сама не знала о том, что же происходит с Годжо.

Сатору не нужен великий и ужасный клан Годжо, не нужны нескончаемые приемы в особняке Мэй Мэй, не нужно несметное богатство и почести. Ему нужен Сугуру. (или аu: где юношам-аристократам из высшего общества нельзя любить друг друга, но Гето и Годжо плевали на правила)

Вблизи незнакомцы выглядели даже более отстраненными и холодными. И богатыми. Сугуру отметил высокое качество их одежды, то, как они свысока смотрели на все, что их окружало, даже Ягу-сенсея. Сатору тяжело вздохнул и сделал шаг, заслоняя Сугуру, его спина по-прежнему оставалось прямой. — Здравствуй, мама. Отец. Блять. *** Родители Сатору неожиданно приезжают в Токийский магический колледж. Все проходит не очень хорошо.

Годжо поддевал Гето из-за того, что тот начал ходить на учебу с сумкой.

«Точно можно отогнать мысли о выкупе — тогда бы нацелились либо сразу лишь на Мегуми, либо на всех троих, чтобы наверняка. Один из мужиков говорил о крови — вспомнилось Мегуми. Значит, дело имеется с вампирами. И лучше бы это были Зенин или Камо… Тогда можно будет ожидать поддержку от Годжо. Но если это тот, о ком Мегуми думает… Смерть дышит им в затылок»

История о том, как можно попытаться эфемерно описать цепочку химических реакций в чьей-то голове.

Годжо никогда не отличался особой внимательностью в людях. Не особо понимал, что такое любовь, что такое оценка других не только по критериям силы и слабости, что такое эмпатия; знал разве что сухую систему и тот факт, что он являлся важной и сильнейшей шестерёнкой в проклятом метафизическом механизме. Годжо и себя-то толком не знал. Кроме того, что родился сильнейшим. То, что он знал о себе на все сто процентов, - это невозможность увидеть мир своими глазами, если в нём не будет Сугуру.

Он целует веки Сатору, целует скулы, брови, складку между бровей, целует нос, целует уголки губ, щёки, целует целует целует.

У Годжо острый язык, комплекс Бога и вовсе не божеские фетиши. У Гето слабеющие нервы, иссякшее терпение и возможность исполнить чужие желания.

Вместо этого, впрочем, он улыбается все так же мягко и смотрит снисходительно, но ничего успокаивающего в этом нет - так, скорее, охотник смотрит на свою жертву, в которую всадил уже несколько пуль, но так и не задел ни одного жизненно важного органа, и теперь медлит с тем, чтобы добить несчастного зверя. Годжо не несчастный и совсем не зверь, впрочем… выть и скулить Гето его все равно сегодня заставит. Приложит для этого все свои усилия. И не только свои.

"Я обещал всегда быть рядом." ИЛИ Горячие источники и обнимашки в тёплой кровати.