В последней отчаянной попытке выжить Вэй Ин мажет своими окровавленными пальцами по земле, чертя древнее запретное магическое поле. Открывается щель, и он проваливается прямо в неё, навсегда исчезая из мира. В этот день Старейшина Илин «умирает»… в результате собственного безумия. *** — Какой будет Ваша ставка? — спрашивает крупье. — Моя жизнь, — отвечает он. Он и так уже увядает. — Нет. Что-нибудь другое. И Вэй Ин выпаливает первое, что приходит ему в голову: — Тогда, мой первый раз.

Вэй Усянь всегда чувствовал себя в воде, как дома. Воды хотели удержать его навсегда.

Смерть не добра к Вэй Усяню. Мёртвые - тем более.

Прежде чем провести хоть немного времени с обоими братьями, Вэй Усянь думал, что Лань Ванцзи и Лань Хуань являются копиями друг друга, соответствуя тому, что их называли двумя нефритами Гусу Лань. Но теперь он мог легко заметить различия между ними. Глаза Лань Хуаня, например, были похожи на согревающее солнце по сравнению с ледяными янтарными глазами Лань Ванцзи.

Когда прошлое и боль не дают покоя, смогут ли двое помочь друг другу найти силы жить дальше?

Вэй Усянь с превеликим удовольствием доставал Лань Ванцзи, а тот делал вид, что ему все равно, но постепенно оттаивал к озорному ученику. Все шло точно по плану Лань Сичэня. Но надо было всему пойти наперекосяк...

— А-Чэн, пожалуйста, сиди смирно и не шипи, я понимаю, что это неприятно, но ты же хочешь, чтобы я вычесал колтун? Жалобно мяукать, как слепой котенок, захотелось примерно сразу после того, как Цзян Чэн увидел в отцовских руках гребень с мелкими зубьями. Пусть будут прокляты колтуны и дурацкие смотрины...

Вэй Усянь случайно призывает Хуа Чэна в разгар «Аннигиляции Солнца». Что произошло бы, если бы Хуа Чэн заступился за него? *** — Это что-то новенькое? Песня, которую ты играл? Вэй Усянь немедленно повернулся в сторону, откуда доносился голос, и осмотрел его обладателя. *** Эта история описывает отношения между Хуа Чэном и Вэй Усянем. В этой вселенной Се Ляня не существует.

Как же было приятно после тяжёлого дня завалиться в постель и утонуть в объятьях. Особенно после того, как прямо во время стрима ему отсосали.

– Я слышу, как бьётся твоё сердце, Вэй Ин, – тихо, боясь нарушить атмосферу, сказал Цзысюань. – Конечно, – рассмеялся парень, – ты ведь лежишь на моей груди. Другое дело, если бы ты его не слышал. – Мне нравится этот звук, – всё так же тихо говорил юноша.

В тот день, когда юный Лань Чжань узнал секрет, сокрытый на территории Гусу Лань, шёл снег, который привёл его к прекрасному хули-цзин...

Вэнь Жохань внезапно понимает, что Вэй Усянь сын вовсе не Вэй Чанцзэ. Или: Истина открывается с помощью одного из талисманов Вэй Усяня. К большому удивлению всех, кроме Вэнь Жоханя.

Вэй Ин всегда знал, что эти чувства не принесут счастья... Ни ему.. Ни его шицзе... Ни тому, из-за кого всё это началось.

Женщины — пьянящее вино, но он… он — едкий дурман. Вдохнул раз и пропал. Так и случилось на собрании в Башне Золотого Карпа. Главы кланов неторопливо обсуждали насущные вопросы, как вдруг громом среди ясного неба появился Вэй Ин. Прекрасный в своей дерзости, он много говорил и еще больше — требовал.

Лань Чжань и Вэй Ин - супруги. Лань Чжань – слишком правильный, он принял эту новость с достоинством и пообещал самому Усяню, что, если и не сможет того полюбить искренне, то будет уважать, как своего супруга и искренне заботиться о нём. Но толку сейчас волноваться? Ведь Вэй Ин об-ре-чён. //Соумирание-традиция, когда умирает один супруг, второй обязан последовать вслед за ним. И если тот не желал этого добровольно, то это могли сделать насильно.

Хотя Лань Сичэнь и проявлял некоторый интерес к ученику, он всегда оставался безучастным. Он следил за реакцией брата на Вэй Усяня, а не за самим Вэй Усянем. В конце концов, он просто хотел, чтобы его дорогой брат нашел себе друга. Но, сам того не осознавая, его взгляд со временем начал скользить в сторону Вэй Усяня, а не Лань Ванцзи, наблюдая за его действиями, а не за реакцией брата.

Оказывается, у видьядхара есть масса особенностей, о которых в книгах обычно не пишут.

Уважаемый Учитель всегда был слишком уж похож на кота, а Мо Жань — на крутящегося под ногами бестолкового щенка. Собаки и кошки относятся к разным видам, поэтому не могут скрещиваться и быть вместе, но ведь берутся же откуда-то коты с окрасом «под хаски»! Или история о том, как один пёс пал жертвой матушки-природы, обломался с местью и на своей разнесчастной шкуре познал смысл фразы «котики захватят мир».

Пэй Мин не знал, куда спрятаться. Обаятельный мерзавец каким-то образом умудрялся его находить, играючи догоняя всякий раз, как Пэй Мин решал сменить локацию или маскировку. Воплощение повелителя душ было одной из самых красивых дев, которых Пэй Мин когда-либо встречал. Вот только… Сам Вэй Усянь почему-то предпочитал упорно приставать к нему в настоящем обличие.

- Даже заклинателям не избежать суда Цингуан-вана, и приговор мне вынесен по всем правилам, - практически прорычал Вэй У Сянь, вскинув подбородок так, как будто гордился своим наказанием, но на самом деле скрывая боль и инстинктивный страх перед ужасающим в своей непомерной силе и власти существом. – Я мертв, Цзян Чэн, не потому что меня однажды разодрали на тысячи кусочков мои же собственные мертвецы, а потому, что моя душа принадлежит Диюю.