порево ради порева хз

Ситуация не самая приятная, когда нет резиновой утки, а дать телу отдохнуть в ванне хочется, однако великой беды в этом нет. Авантюрин же сделал из небольшого казуса задачу дня.

Веритас Рацио оказывается слишком вкусным для Авантюрина.

Как и во многих подобных ситуациях, всё начинается резко и неожиданно — со спонтанного порыва шлёпнуть Рацио по заднице.

— Орёл, и ты трахаешь меня на этой кровати, как хочешь ты, — он противно подмигивает, будто бы перед ним мальчик по вызову, а не член гильдии эрудитов, — решка — я трахаю тебя на этой кровати как захочу.

Доктор Ратио не имел и малейшего понятия, когда беспечный и азартный Авантюрин загорится для него новыми красками – нежными и манящими. Вот и Авантюрин, изначально полюбивший профессора за строгость и излишнюю уверенность, теперь понял, почему тот закрывает лицо во время лекций гипсовой маской.

Это будут его сорок минут тишины, чем бы таким не захотел заняться Авантюрин. Рацио лишь слегка сдвигается в сторону, когда Авантюрин обхватывает голой ладонью бортик высокой ванной. Рацио успевает пролистать семь страниц, когда чувствует, как под водой его касается чужая нога.

"Без того "камушка" авантюрина вы всего лишь сигонийский раб, обречённый на смерть по велению Корпорации", - эти слова попали прямо в больное место и на секунду выбили из колеи обычно скрывающегося под павлиньей маской Авантюрина. Но он (вроде бы) знал, что делает, так что наплевав на конфискованный багаж, просто отправился забирать Пенаконию обратно КММ. Что ж, если ему так всё равно на своё доказательство мнимой свободы, Рацио придётся самому с этим разобраться.

— насколько тебе близка тема реинкарнации? — ты что, собираешься устроить мне лекцию?

«Маленький ублюдок!» — буквально пару месяцев назад Веритас Рацио и не предположил бы, что когда-либо подумал бы в настолько вульгарном ключе о ком-либо. Предыдущий первый курс, ныне второй, принёс с собой новых-старых личностей, которым доктор наук Рацио быстро показал куда именно они попали, но засранец с абсолютно другого факультета — между прочем, ещё и из другого корпуса — привязался к нему, всеми возможными способами мешая преподавателю вести предмет.

"Мой взор не раз ловил в Твоих чертах прекрасных Сочувствие к моим тревогам и скорбям, Ты преклоняла взор к моим немым чертам, Где след запечатлен моих тревог всечастных." Молчание - золото, но сколько же они потеряли своим молчанием..

Вообще-то, на единственный совпадающий у них в расписании на неделю выходной, у Авантюрина были свои планы, в которые не входил ранний подъем и Аристотель его знает скольки часовая лекция

Авантюрин сидит у своей дерьмовой двери своего дерьмового номера, вцепившись в ткань брюк, и терзает до крови губы, пока ноги не касаются чьи-то пальцы. Он вскидывается, инстинктивно пытается отшатнуться, но некуда. Поражённо смотрит на Рацио, который сидит на коленях с комично серьёзным выражением на лице и его очками в руке. Блядь.

Топаз нравится Авантюрин, Рацио нравится Авантюрин. Только вот Авантюрину ничто и никто помимо денег не нравится. Или так только Рацио кажется?

Сборник коротких зарисовок о том, как они познакомились, как встретились в огромном казино и как замечательно и интересно проводят сейчас своё время

Хэдканончик: на уроке матеши Авантюрин почувствовал себя альфой манипулятором.

— Мне не нужны грязные деньги. Мне интересен лишь ты. Сам то знал, что такой забавный? Даже нет, не так, — Авантюрин задумчиво провел кончиками пальцев по чужому лицу, — Ты слишком правильный, упорядоченный, хуев профессор, — мужчина низко засмеялся, после чего продолжил свой монолог одержимого безумца, — Знаешь, я когда-то тоже был таким, как ты, но потом, сука-жизнь расставила всё по местам, и вот я там, а ты здесь…

Веритас даже не пытается помешать Авантюрину притянуть его за цепочку на груди и крепко, кусая, поцеловать. Это была его первая ошибка. За ней последовала вторая, затем третья, четвертая, пятая. Секс порождает идиотов. Веритас это прекрасно знал. Он хотел бы узнать, как остановиться. И совсем не желал останавливаться. Авантюрин мастерски умел нажимать на нужные кнопки. Отуплять, заставлять волноваться. Они встречаются снова едва ли через две недели.

— Ты не доверяешь мне? С вызовом он взглянул на человека, что стоял перед ним, прежде чем достать револьвер и опустошить барабан, оставив внутри одну пулю. — Похоже, мне придётся показать тебе, что будет, если мы продолжим сотрудничать. Он передал револьвер противнику, одним движением закрутил барабан и приставил дуло к своей груди. Затем он нажал на курок — после трёх холостых выстрелов его лицо озарила улыбка. — Жизнь — это рулетка, из которой я всегда выхожу единственным победителем.

В подростковом возрасте Авантюрину удается бежать из рабства.