Люцифер нашел его в разрушенной почти до основания Радио-башне. Израненного, бессознательного, почти мертвого. Вспомнил слова Чарли о втором шансе, искуплении и неожиданно даже для самого себя решил помочь.

Уши дёргаются синхронно с пульсацией в затылке. Ладони сжимают виски с обеих сторон, пытаясь унять боль. Аластор почти уверен, что теряет рассудок, падая на потрескавшийся пол. Колени горят от резкого удара. Как можно было потеряться в реальности, почти отдав жизнь за друзей? — Мы победили, слышишь? Мы смогли, — рука Люцифера тянется к избитой грудной клетке, замирая в нескольких миллиметрах. Слишком много противоречий. — Позволь тебе помочь

Люцифер невзлюбил Аластора с момента, как его увидел, и чего греха таить, готов был сделать всё, чтобы ноги его не было в отеле дочери. Однако сейчас, когда демон настойчиво звал его, находясь на грани жизни и смерти, больше всего ему хотелось снова услышать этот противный шум радио.

Наверняка, самому себе Аластор кажется великолепным актером. Паузы в правильных местах, выверенные движения, заученные реплики. Но Люцифер так давно живет под красной луной, что видит его насквозь. Вся эта показуха, мнимая самовлюбленность не что иное, как дешевая оберточная бумага над плотным комком ненависти к себе. И от желания посмотреть, что за чудовищная боль вынуждает его быть таким, порой очень чешутся руки.

"Его рука... она дрожит?" Эту дрожь в руке почти невозможно было уловить, но она была, а заглянув в глаза, можно было прочитать, что ему больно

Только на публике Аластор ходил с широкой улыбкой, но что творилось за дверью его комнаты, знал только Люцифер.

Ангельское оружие — бомба замедленного действия, отсчитывающая твои последние часы. И что произойдёт, случись так, что какой-нибудь демон выдержит такой удар?

Когда ты нуждаешься в помощи - тебе помогут.

смерть – это всегда неприятно. смерть, когда совсем недавно ты думал, что бессмертен и никакой угрозы нет – ещё хуже. но жизнь научила Аластора, что выход есть всегда. даже там, где его не ждали.

Маска предательски треснулась в ту ночь и демон закрылся в себе. Кто-же выведет из такого состояния его? Насильник, испытавший вину за это, или давнейший враг, который тайно его любил, но боялся показывать? Это мы с вами узнаем в сие произведение.

Гениальные планы не совершаются по щелчку пальцев, это известно всем. В данный момент безупречный план Аластора трещал по швам. Битва с Адамом произошла не так, как было задумано. Теперь пришлось разбираться с последствиями. И пока все готовятся к грандиозному открытию отеля, он пытается понять причины своих последних действий, а главное, почему взгляд Люцифера сочится отвратительным сочувствием. Первая часть трилогии.

После сражения с Адамом, Аластор меньше всего хотел, чтобы его застали в столь жалком положении.

Если уж Аластор и пытался хоть как-то скрывать боль от ноющих ран после той злополучной битвы с Адамом — у него это получалось, откровенно говоря, паршиво и совсем-совсем неумело. Во всяком случаев, так думалось Люциферу. Пора бы положить конец представления этого горе-актера с погорелого театра. Заставить упертого оленя принять помощь — задача не из лёгких, это уж точно, но настойчивости у Самаэля ведь тоже не занимать!

Аластор ненавидел его настолько, что был готов пересечь черту разумного. И однажды это случилось.

— У вас есть время подумать о своём поведении! Дверь громко хлопает за спиной, когда Аластор едва падает на колени, теряя равновесие от удара в грудь. Так позорно пасть в глазах принцессы, оказаться брошенным провинившимся щенком! Вот его роль в этом цирке? Люцифер приземляется на старый паркет рядом, тормозя ладонями и налету хватая улетающую с ветром шляпу

- Знаешь чем я отличаюсь от обычных демонов? Не знаешь? Я могу вытворить что угодно и при этом совершенно безнаказанно, - широкая улыбка Магне приобрела неожиданно злобный вид.

Он готов услышать его рёв, его оскорбления и насмешки, но только не это жалостливое, слишком человеческое переживание, от которого отмыться нельзя. Боже, да хоть упрёки и принижения, лишь бы не эту боль в чужом голосе.

Аластор совсем не думал, что будет сожалеть об очередной провокации.

Аластор всегда прогоняет Люцифера под ночь, чтобы не быть слишком открытым.

Аластора чудовищно бесит Люцифер. Никто за несколько сотен лет не бесил его так же, как этот блондинистый наглый долбоёб, одетый на манер рождественского леденца. Во время очередного конфликта выясняется, что один из самых могущественных оверлордов просто перепутал раздражение с неудовлетворенностью. Люцифер собирается показать ему, что нужно сделать, чтобы она ушла.