—Ты заявился домой под утро, устроил пьяное рандеву, пытался меня соблазнить, а затем с чувством выполненного долга уснул у меня на руках, — с точностью выбрав болевые точки, начал Аль-Хайтам. — Сейчас же тебе слишком неловко, даже несмотря на тот факт, что мы встречаемся и, в целом, ты не сделал ничего странного, разве что я против того, чтобы спать с тобой в пьяном виде.

«Я Кавех», — говорит наложник и улыбается так, что Хайтама пробирает до костей. — «Меня в гарем продали родители за долги». И это звучит настолько обыденно, что у Хайтама не укладывается в голове, в его умной голове, где столько всего уже уложено: логика и семантика, бабушкины чертежи и знание о единении трёх видов влечений.

Фремине было достаточно лишь выглянуть из спальни и продемонстрировать партнеру свое игривое настроение. За него говорили томный взгляд из-под светлых ресниц и вытянутая в сторону ножка, облаченная в черный капроновый чулок. Ризли, увидев это, только шумно сглотнул и с готовностью ослабил галстук на своей шее…

Полицейская AU, в которой особо опасный преступник Ризли пытается встать на путь законопослушного гражданина в мондштадтской полиции, а заодно встаёт в разные позы в крио-трио :D

Под бронёй Фреми - тончайший хрусталь, табличка "Не трогать" и забор с колючей проволокой. У Ризли есть болторез.

“Сдавайся” - первое, что хочет сказать Ризли, когда замечает на краю своего стола знакомый тщедушный силуэт в не по размеру огромном пальто.

Имея проблемы с выражением своих чувств общепринятым способом, словами через рот, Аль-Хайтам не ожидал, что новый проект Амурты, который он, как временно заменяющий великого мудреца человек, обязан был посетить сможет решить проблему за него. Вот только как ужиться с новоприобретенными ушами и хвостом, которые выдают все его секреты с лихвой, бывший секретарь понятия не имеет, а ведь корень этих проблем все так же маячит у него перед глазами, пытаясь рассмотреть пушистые диковинки. И как быть..?

Несколько историй о том, как Кавех думал, что аль-Хайтам его не слушает. И один раз, когда он всё понял.

Спокойным вечерам Аль-Хайтама пришёл конец: с командировки в пустыне возвращался Кавех, и, скорее всего, как только он вернётся домой, он накинется на него с претензиями. Учёный почувствовал усталость, только думая об этом несносном человеке. Однако почему-то на его губах расплылась лёгкая улыбка.

Циничный ангел и добродетельный демон. Они оба друг друга стоят.

- Давай так, - крепко подумав, говорит Ризли, - Ты возьмешь пропуск, вернёшься на поверхность, - можешь проверить выдру, если хочешь, - и я сделаю вид, что никогда тебя здесь не видел. Сойдет? Фремине отрицательно машет головой и пальцев не разжимает. - Я не предлагаю. Я говорю, как мы поступим, и это не оспаривается. Иначе я вытащу тебя отсюда за шкирку. - Вытаскивайте, - бесцветно низко отзывается Фремине.

Все оказывается как-то удручающе прозаично. Приземленно, банально и предсказуемо. Типичная история восходящей звезды, которая допустила глупейшую ошибку — смешала личное и рабочее. Хотя сложно винить Кавеха и кого-либо в служебных романах: когда часто и долго контактируешь с человеком, невозможно не проникнуться некоторой симпатией, имеющей искру для разгорания во что-то большее. // AU, в которой Кавех — переживший травму цирковой гимнаст, а Аль-Хайтам — его замена в труппе.

— Спор есть спор, — говорит Хайтам, — станцуй для меня, Кавех//или история о том, как легко соблазнить неприступного альфу танцем наложника.

В одиночку соперничая сам с собой, Кавех в один момент оказывается перед выбором: послать все к чертям и наконец-то открыться возлюбленному или продолжать хранить чувства в себе? Хайтам вроде как не против второго варианта... Да что там, он всеми руками за!

После отъезда Кавеха в доме стало непривычно тихо. Его сосед и раньше уезжал в длительные рабочие поездки, и в это время Хайтам был абсолютно счастлив. Его никто не донимал посторонним шумом, утро начиналось с кофе, а не с ранней перебранки, а по вечерам воздух не наполнялся хмельными парами и не сотрясался от жалоб архитектора на очередного заказчика. Однако в этот раз что-то было иначе.

– Так... что там с тем, что он к тебе липнет? – Ох, он вообще стал странным в последнее время. В последний раз он, наверное, так себя вел, когда мы учились в академии. Он постоянно пытается ко мне притронуться, лишний раз опереться или даже может укусить за щеку или за руку, просто без повода. Не знаешь, может, он заболел?

Кавех слишком любит поболтать сидя на столе в их гостиной, а аль-Хайтама слишком бесит эта ситуация, складывающаяся из раза в раз далеко не в его сторону.

Путь в высшее общество лежит через хорошую репутацию, выдающиеся навыки, неоспоримые достижения и... имение достойной пары. Аль-Хайтам ещё раз перечитал условия посещения мероприятия, особенно остро вчитываясь в строчку с обязательным наличием спутника.

Три, четыре (или пять) простых шагов к гармоничной жизни с вашим соседом, или: Кавех разрабатывает план, как заставить аль-Хайтама улыбнуться, будучи агрессивно-любезным по отношению к нему (а также, возможно, если ему это удастся, он сможет получить скидку на аренду или что-то вроде того). Аль-Хайтам думает, что Кавех наелся грибов, изменяющих сознание, и, понятное дело, он сбит с толку и слегка напуган.

Аль-Хайтам еще раз оценивающе смерил взглядом вымокшую до нитки физиономию архитектора и красноречиво усмехнулся. Мысленно он уже давно закатил глаза так далеко, что сделай он так на самом деле, то точно ослеп бы. Нет, ну он издевается? Заявился в церковь в непотребном виде, уселся смотреть что-то в телефоне на полной громкости, налил лужу под скамью. А теперь пытается рассказать священнику о его работе и утверждает, что искал утешения.