Игорь разбирается в том, что такое любовь. Она оказывается ближе, чем он мог предположить.

Ладно, он действительно это сделает, да. Оглянувшись, чтобы убедиться в том, что им никто не интересуется, он забивает в поисковик "Как понравиться парню".

Они едят пельмени, пьют чай с печеньем тёти Лены, которая смотрит на Диму и приговаривает, чтобы он ел больше — а то вон какой худой. Игорь усмехается на это и вспоминает, как этот худой, неуклюжий и милый Дима недавно уложил громилу в два раза больше него самого.

Игорь всеми силами пытается показать Диме свою любовь, но всё получается совсем не так, как хочется. И знаете, возможно, оно и к лучшему.

Жизнь до этого, со всеми испытаниями и их преодолением, теперь казалась подготовкой к главному экзамену, имя которому «игнорирующий нижнее бельё Игорь Гром».

После ареста Чумного Доктора Дима не спит три недели.

– У тебя кровь, – констатирует Дубин, и Игорю хочется врезать самому себе со всей силы. Молодец, блин, хорошая работа, заставил Димку ещë сильнее волноваться. – Игорь, это точно просто грипп? У Димы голос такой, словно он обо всëм уже догадался. Это было бы, в принципе, неудивительно – Дубин умный, и мент из него что надо. – Это точно просто грипп, – отвечает Игорь твëрдо.

Дима волнуется, что у Игоря очевидные проблемы с контролем гнева: ему надоело пересчитывать сломанные напарником носы и зубы, выбитые у потенциальных свидетелей. Поэтому он, найдя в Интернете любопытную статью, предлагает способ эмоциональной разрядки... Завязанные глаза, опытные руки, грязные слова, шепчущие о самой чистой к тебе любви - сладко. Слишком, черт возьми.

игорь не сразу понял, что что-то не так. точнее сказать, всегда было что-то не так, но было так ненавязчиво и эфемерно, и невооружённым взглядом даже и не понять.

Про неудавшийся первый раз и немного про отказы.

дима и игорь делят одну на двоих комнату и никак не могут нормально поговорить.

У Димы есть список из пяти пунктов, которые ну никак и ни при каких условиях нельзя нарушать, потому что Дима послушный мальчик. А еще потому, что он хочет перестать влюбляться в Игоря и строить ложные надежды на их совместное будущее. Или не ложные? Время покажет. Небольшая история о том, как Дубин медленно, но верно раз за разом нарушал собственные законы и вот, к чему это привело.

Дима и секс — это как две прямые, которые никогда не пересекутся. По крайней мере, в этой вселенной уж точно.

Шуточки у майора Грома были так себе. Но когда он пребывал в добродушном настроении, и концентрация этих самых шуток и каламбуров превышала все допустимые пределы, выносить это было почти нереально. И Дима, как его новый напарник, выяснил это довольно скоро, ведь после дела Чумного Доктора Гром будто бы отбросил свою меланхолию и серьёзность и начал травить шутки постоянно: «кекать», как говорила Юля. И достаточно часто его шутки странно походили на подкаты. Но ведь могло и показаться?

Спросите у любого в Хольт Интернешнл, какие дни на работе тот ценит больше всего, — и получите единогласный на многие отделы корпорации ответ: «Когда в радиусе досягаемости главы появляется лейтенант Дубин. Да, я выучил его имя. Мы знаем своих героев в лицо! Вы вообще видели, во что превращается мистер ван дер Хольт в присутствии этого парня?»

Игорь дрожащими руками развязывает хиленький пакет, который вот-вот порвётся, и кидает в успевшую закипеть воду пельмени — ровно столько, сколько съест Дима. У самого чувство голода словно атрофировалось, пропало напрочь и возвращаться не хочет. Дубин, выйдя из душа, выглядит чуть бодрее. Гром поднимает взгляд, смотрит на него, но словно не видит. — Игорюш, — ласково зовёт он, вырывая Игоря из мыслей. — Давай я, а ты присядь…

Он всего лишь хотел его уберечь. Или не желал, чтобы тот путался у него под ногами. А, скорее всего, и то, и другое... Но совершенно случайно Игорь толкнул собственного стажера в самый центр опасности – туда, где должен был быть он сам. Наверное, все потому, что он не привык иметь напарника.

У Димы есть пара страшных секретов и твердая уверенность, что он вообще не нужен своему напарнику. А Грома впервые накрывает по-настоящему.

Когда Дима умер, его единственный глаз продолжил смотреть на Игоря болотной ржавчиной Обводного канала.

— Что ты там вечно рисуешь? — грубовато спросил Игорь и протянул было руку, чтобы выхватить блокнот из рук напарника, но, заметив выражение на его лице, остановился, лишь пройдясь кончиками пальцев по стальным кольцам, скрепляющим воедино листки бумаги. — Ничего, что бы тебя касалось, — быстро ответил Дима, спрятал блокнот в задний карман брюк и убежал к кофемашине на другой конец участка, пряча малиновый румянец на щеках.