Молодой аристократ впервые сталкивается с по-настоящему мистическими явлениями. По воле случая, жертвой колдовства становится его возлюбленная монахия.

Мико в одиночку воспитывает Скарамуччу, потому что кое-кто уже несколько лет покупает сигареты. Она не справляется, поэтому решает заключить сделку с демоном, чтобы хоть немного поправить свои дела. Как же неловко, когда в магическом круге, чтобы заключить сделку, появляется Вельзевул. Еще и без сигарет.

– Прошло много лет... – нерешительно начал Чжунли. – Мы очень давно не виделись. Скажите мне, мастер Дилюк, вы не замечали кого-нибудь нового в городе? Вы ведь часто бываете там по делам? – Никто не приходит на ум. Разве что… – Дилюк гримасничает. – Ну? – Разве что, этот никчемный пьяница бард. Чжунли резко выпрямился во весь свой немалый рост. – Бард? Как Чжунли узнал, что Венти наконец проснулся после 500-летнего сна.

Оглядываясь назад, можно сказать, что с его стороны было глупо надеяться, что он еще не опоздал.

-И что теперь нам делать? - Ке Цин не отводила взгляда с Нин Гуан, надеясь получить хоть как то обнадёживающий ответ. "Он уже сделал свой выбор, нам остаётся лишь надеяться на быструю смерть". Таков был ответ.

- Вы...что? - от шока Дилюк чуть не уронил хрустальный бокал из рук. Женщина с огненно-рыжими волосами и властным взглядом, пожала плечами и передвинула пешку в сторону, вынуждая противника отчаянно взвыть. - На этих двух тупиц. - в глазах отразилось веселье - Шах и мат, Андриус, в который раз уже.

В конце концов, спустя десяток лет, Дилюк смог принять тот факт, что лучшим другом его почти супруга являлся Одиннадцатый Предвестник Фатуи. К тому, что Первый из них вот-вот должен был стать его тестем, Дилюк оказался не готов совершенно.

Дилюк пытается работать, но Кэйа и Венти снова втягивают его в свои эротические игры. Какая уж тут работа.

Итэр влюбился в мир, который должен быть в его путешествии лишь временным.

В этом захолустье все верят во всякий бред. Все потому что сорок лет назад в городе погибло больше двухсот человек. Но это ведь не повод бредить идеями о нечисти? И распихивать серебро по всем углам, как отец Чжунли. Ну ничего, у Моракса хотя бы есть Венти. Его милый Венти на год младше и на голову ниже. С самыми чудесными глазами, которые Чжунли только видел.

Алатус видит мир красным сколько себя помнит. Безымянный мальчик мог бы раскрасить его реальность, если бы имел возможность. А Барбатос? Ему на чужие холсты жизней плевать, по большему счёту. Но палитру он обещался передать.

О брошенном мальчике и о божестве, что его приютило

Чжун Ли окружают одни дети.

Он посмеётся и скажет, что обязательно сочинит балладу об этом одиноком цветке. Снова посмётся и поцелует слишком серьёзного архонта. Поцелует и снова посмеётся. Моракс усмехнётся в ответ. Он не любит песни.

"Он мечтает о наступлении дня, который позволит ему надеть маску и танцевать. Но не для истребления демонов, а под мелодию флейты, что звучит среди моря цветов. И он не догадывается, что мечта эта осуществима."

Первое, что делает Моракс, когда война заканчивается, - находит Барбатоса.

— Как убить Бога? Венти улыбается в свою руку: — Ох, моя дорогая путешественница, если ты будешь достаточно безумна, то можешь рассказать мне сама. (у Люмин есть вопрос, который она задает каждому из Архонтов.)

Отдав Гнозис и заключив контракт с Царицей, Моракс оставил свой пост Гео Архонта. Однако это отнюдь не значило, что он не будет чутким зрителем разворачивающегося представления.

– Теперь я — это он, и тебе придётся смириться с этим фактом, — равнодушно утвердил двойник.

Венти продолжает быть неугомонным ураганом и главным суетологом, а Скарамучча случайно попадает в самый центр этого урагана, пытаясь делать вид, что ничего такого не происходит. Не дай бог, он в этот ураган влюбится, правда же? Сборник драбблов, где каждый год Скарамучча и Венти сталкиваются по велению самой судьбы. Скарамучча не тот человек, который с распростертыми обьятиями будет ждать новых знакомств, но перед очарованием и легкой настойчивостью Венти устоять невозможно.