Майлз застрял на Земле-42. Его двойник из этого измерения положил глаз на его паучьи способности и кое-что еще.

На больших собак нужна крепкая рука, Майлз. Уверен, что справишься?

Когти перчатки почти касаются его щеки. Сердце колотится так, что он слышит его грохот прямо в ушах. Ему нужно отсюда выбраться, нужно вернуться домой, пока еще не поздно, он не может полагаться на других. Он должен вырваться сам. Ему не на кого больше надеяться.

— Я имел ввиду… — медленно произносит Мигель, как будто пытается подобрать слова, но словно забыл оба родных языка. Майлзу абсолютно знакомо это чувство, — Как я могу помочь? Эти слова… определённо не то, что Майлз ожидал услышать, и эмоциональный всплеск, который он почувствовал, заставил его неспокойно перекатываться с мысок на пятки. И это говорит тот же человек, который ранил его словами до тех пор, пока не пошла кровь из ушей.

— Укуси меня, — выдыхает он, — Я хочу, чтобы ты укусил меня… Хватка Мигеля превращается в один сплошной кровоподтек. И такое бывало раньше, на поезде, когда рука Мигеля держала его запястье, а Майлз ударил его ногой. — Да? — большим пальцем руки Мигель водит вверх-вниз по члену Майлза, и тот не может сосредоточиться, — Ты даже не знаешь, о чём просишь. Продолжение к работе «overwhelm, destroying so sweetly»

— Я уже говорил, — обрывает его Мигель, — моё время — твоё время, сколько угодно, если ты этого пожелаешь. — Если я захочу, — с лёгким отчаянием говорит Майлз, — если захочу всё твоё время, то потом мне захочется ещё и ещё... Третья часть работы «overwhelm, destroying so sweetly»

— Ты действительно видишь меня таким? — мягко спрашивает Мигель. И Майлз пожимает плечами, потому что не знает, как уместить все свои чувства в одно простое предложение, поэтому просто говорит «Да». Или: Исцеление - не быстрый процесс, но по крайней мере Мигель точно поможет ему. Четвёртая часть работы «overwhelm, destroying so sweetly»

Бродяга всегда держит себя под жёстким контролем и отмеряет каждое своё действие — иначе не выжить, поэтому то, как его окатывает волной жара при виде проколотого уха Майлза, похоже на наваждение, внезапное оглушительное помутнение рассудка, справиться с которым оказывается невозможно.

Мигель вступает в односторонний спор с Майлзом, в результате чего у последнего всплывают некоторые нехорошие воспоминания.

Хоби не пытается убежать. Бежать ему некуда, он заперт в этом мире без портальных часов. Всё, что ему нужно – это чтобы Мигель преследовал его как можно дольше.

Учитывая все обстоятельства, спасение Паутины-Вселенной от полного разрушения само по себе довольно удручает. Несколько стежков в ткани пространства-времени, ещё несколько стежков, оплетающих Пятно в петлю обратной связи, которая разрывает его тело на атомы, и бум. Дело сделано. Что происходит после всего этого? Хм. Не так уж и много всего.

— У тебя зубы не режутся? — пошутил Майлз, забираясь руками под его кофту и оглаживая спину. Пальцы двигались по выпирающим позвонкам то вверх, то вниз. — Ещё про молочные скажи, — недовольно бубнил Бродяга. Ему никогда не симпатизировал юмор Моралеса

Мигель хочет извиниться перед Майлзом за их первую встречу, но он никогда не умел подбирать слова. Поэтому он позволяет своим деньгам говорить за себя.

Руки Бродяги вцепились в него в отчаянной попытке снять футболку. Пальцы стиснули воротник, стягивая её через голову и швыряя на пол рядом. Майлз не мог отрицать то, насколько беззащитным почувствовал себя. Взгляд Бродяги медленно заскользил по нему, рассматривая. Не то чтобы было, на что посмотреть, как считал сам Майлз.

Летний NSFW алфавит - чего добру пропадать.

Альтернативная версия — Мигель всё же поймал Майлза.

Мигель решает испытать новые свойства его костюма и он определённо знает, кто ему в этом поможет.

Однажды Питер заметил нечто странное в Мигеле и решил разобраться в этом. Вот только он совсем не ожидал, что его расследование окончится таким образом.

- Пожалуй, мне стоит тебя отпустить. И может даже пойти с тобой, что думаешь? - протянул Бродяга, обходя вокруг Майлза по кругу, - я отпущу тебя, но с одним условием. Паук недоверчиво покосился на копию. - Признайся, что сбежал. Парень фыркнул, закатив глаза, и посмотрел в ответ, еле улыбаясь уголками губ. - Не мечтай.

Мигель так хорошо заботился о нем и знал, что ему нужно, иногда лучше, чем он сам. Чем больше он позволял Мигелю брать верх, тем больше чувствовал, что больше не может без него жить. Это было страшно, но в хорошем смысле.