Что за два года ни одна живая душа не смогла узнать его достаточно, чтобы увидеть, что с ним что-то не так.

Чонгук, если честно, в восторге. Нет, он вообще по-хорошему должен злиться, но как-то не получается. Черт с ней, с этой работой, новую найдет. Гораздо важнее Тэхён и странные мысли в его черной макушке, которые наконец-то вылезли. Стоило всего лишь его опоить, чтобы развязался язык.

Тэхён жмурится до мушек перед глазами на хлопок двери. Это что-то вроде сигнала: можешь перестать притворяться и позволить своей истерике наполнить стены этой до сантиметра изученной комнаты. Главный монстр ушел, и можно немного подышать.

Ходит поверье, что человек, увидевший дриаду вживую, обращается в камень, а коснувшийся – и вовсе умирает. Что ж, тогда Чонгук не против умереть.

Разблокировано новое достижение: Ломать — не строить Одним шагом разрушьте все до основания.

Чонгук семь раз поцеловал Тэхёна, и только один раз по-настоящему.

Ким Тэхёну все еще срать с высокой колокольни, что он просто платит деньги Чонгуку за работу телохранителя, которую Чонгук все еще ни хрена не выполняет.

Чонгук всегда старался ходить до дома разными путями, но все они, парадокс, всегда вели исключительно к Ким Тэхёну. Будто тот с поразительной точностью выверял и вычислял переулки, куда стоит забиться и дождаться бури в лице Чонгука.

— На желание не играю, — Тэхён щурится. Чонгук тоже. Кусает колечко в губе, откидываясь на спинку дивана, глядит темно из-под ресниц, едва дергая уголками губ. — А на душу?

Тэхён просто не умеет пользоваться этим главным оружием общения: «А у меня». Потому что у него нет того, о чем можно рассказать начиная с противительного «а», заканчивая личным местоимением в родительном падеже. Возможно, его жизнь просто скучная, а у других веселая, но Тэхёну его жизнь нравится. Иногда.

Тэхён смотрит даже не охреневше, а ошарашено, как на полного идиота, и когда его синий взгляд встречается с темным Чонгука, сердце у последнего в груди сходит с ума, возгорается ярким пламенем, огонь ползет по рукам, жар кипит в венах и в голове пульсирует, бьется лишь одна навязчивая мысль: «Блять, какой красивый. Господи, я паду к его ногам».

Будто почувствовав на себе взгляд, парень вскидывает свой и чуть щурится, всматривается. Гордо задирает подбородок, весь демонстративно выпрямляясь. Раскосые глаза из-под челки глядят упрямо, с вызовом, мол, давай, большой и страшный пират, попробуй напугать меня. Чонгук слегка склоняет голову к плечу, дергая уголком губ. Какой интересный.

Хиджин поклоняется ему как божеству, знает все песни наизусть, его биографию, группу крови, знак зодиака, натальную карту, мбти, а еще по вечерам смотрит на него раскладики на картах Таро. А Чонгук от этого всего хочет уже повеситься, и, скорее всего, если он решится, то единственные веревка и мыло в его доме тоже будут глазеть на него лицом Ким Тэхёна.

Если бы можно было бы назвать человека, употребление в чей адрес слова «люблю» должны запретить законом, то Тэхён назвал бы Чонгука. А еще зашил бы ему рот, чтобы тот сам никогда, никогда не говорил «люблю». В контексте чего-либо.

…так его и проведешь. С Тэхёном, как оказалось, это правило работает безотказно.

Тэхён, он, понимаете, ну, не тот тип людей, которые с бешеным блеском в глазах бросятся прыгать со скалы просто по приколу. Он, так-то, человек спокойный, не слишком эмоциональный, никаких чуд от жизни не ждет, а просто хочет найти себе такого же спокойного, в меру ласкового, в меру улыбчивого, всего в меру человека и спокойно идти с ним рука об руку по жизни. Жизнь злорадно над ним посмеялась и столкнула его лбом с Чонгуком. Причем в прямом смысле.

Чонгук теряет Тэхёна, чтобы встретить его вновь.

Чонгук просто хотел уехать из своего родного, но убогого города, а не носиться по этому самому городу с каким-то незнакомцем в попытке спастись от свистящих над головой пуль.

Сколько Чонгук себя помнит, Тэхёну всегда всё сходило с рук. Вот он присаживается своей детской задницей в песочнице на куличик, и девочка, что корпела над ним добрые тридцать секунд, тут же поднимает вой, мамочки слетаются на вопли, и следующее, что Чонгук слышит уже: «Гуки, ты зачем это сделал? Сейчас же извинись».

Тэхён странный. Не в том смысле слова, как когда человек, не знаю, предпочитает пользоваться окнами вместо дверей, ходит задом наперед или разговаривает со стульями, мол извини, я на тебя присяду?.. И не странненький, как когда сначала моет пол, а потом пылесосит или кладет на сыр колбасу, а на нее сверху хлеб. Тэхён не такой, нет. Он просто странный. Странный по меркам Чонгука. И ему это н р а в и т с я.