Ты больше не Властелин Камня. И я больше тебе не доверяю.

Вовремя рассказывайте людям о том, что такое секс, а то этим займется шеститысячилетний Властелин Камня

Ярость застилает Чжунли глаза, заставляя сминать документы, менять очередную пару перчаток, потому что когти грубо прорывают ткань, и много молчать, чтобы не обнажить острые клыки. Такого не было вот уже несколько тысяч лет, и всё потому, что Тарталья ему не принадлежит. Пока что.

Один раз увидев клыки Чжун Ли, Чайлд больше не может оторвать от них взгляда.

Чайльд продолжает из раза в раз появляться на пороге дома Чжун Ли прямо посреди ночи раненым, без каких-либо объяснений, но всё ещё продолжая весело шутить. Он смотрит широко распахнутыми глазами, иногда приносит подарки. И однажды Чжун Ли приходит к выводу, что это – самая душераздирающая вещь, что он видел за всю свою жизнь. – Чжун Ли? – Да, Чайльд? – Могу я поцеловать тебя?

В тех редких случаях, когда им обоим нечего было делать, их часто можно было найти в его гостиной, где Чайльд раскидывался на двухместном диване, предназначенном для гостей, и болтал. Это был один из таких дней. "Знаешь, как Фатуи инициируют своих Предвестников?" Чжун Ли покачал головой. Он не знал.

Думает ли Чайлд, прежде чем что-то сделать? Нет. Думает ли он о последствиях? Тоже нет. Одна невинная (по его мнению) шалость, оборачивается небольшой катастрофой. Но в итоге все остаются довольны.

Классическая игра «По следам ветра», повествующая об истории Мондштадта, проходит вновь! Но именно сегодня особенный день: игре стукнула круглая дата! Стоит по-крупному отметить столь торжественное событие. Почему бы не собраться всем вместе? Кто знает, в какие интересные ситуации могут попасть участники сегодняшнего мероприятия.

В бездну гордость и самолюбие, сейчас он готов сдаться и признать поражение. Более пристыженным, чем когда сердце бога на его глазах уплыло в руки Синьоры, он не почувствал бы себя никогда. На его самолюбии уже успели хорошенько потоптаться, играть в невинность больше не было никакого желания.

Определённо Чайльд хотел, чтоб их связывали не только деловые вопросы. Это было эгоистично, но зато честно. Ему явно не хватало внимания к собственной персоне.

Чайльд пришёл в себя, когда его брюки вместе с бельем оказали на полу, когда сам тяжело осел на софу и когда рот партнёра оказался на уровне его бёдер.

Чайлд слишком беспечный и не придает внимания вещам вокруг себя, в силу своего хорошего настроения, которое вышло ему боком. /Или ревнующий Чжун Ли и не замечающий это Чайлд/

О боги, кто бы мог только подумать, что именно скрывает под одеждой сам Рекс Ляпис!

Как Барбадос умеет управлять иллюзиями, так и я могу проникать в чужие сны.

— Красные нити могут видеть только те существа, что достигли просветления и мудрости, которые взяли верх над своим животным началом и познали истины своей бессмертной души, — завуалированно рассказывает Яэ, легко обмахиваясь своим хвостом. Полдень в разгаре; жара стоит неимоверная. И вместо того чтобы до ужаса побледнеть и испугаться, что его судьба — настоящий Дракон, Аякс возмущённо восклицает: — Это я что, значит, недостаточно умный?! Это Вы меня тупым сейчас назвали?

Чжун Ли хмыкает, скользя пальцами по обнажённой спине, вдоль хребта, и Тарталье кажется, он сейчас ему всё нахрен сломает. Тарталья благоговейно дрожит от этой мысли.

Просто Чайльд трахает себя драконьим дилдо, а Чжун Ли наслаждается зрелищем, обычный вечер в Ли Юэ.

Сука — это процесс превращения другого альфы или беты в омегу посредством доминирования и прямого оплодотворения спермой альфы.

Итер наконец-то сможет отдохнуть

Чайльд представляет собой воплощение дикой страсти к боям, крови и преданности. Однако никто не знает о его милых рыжих ушках на макушке и пушистом хвосте, которые появляются в каждое полнолуние. И однажды об этом секрете узнаёт Чжун Ли.