С трудом разлепив веки, принц смотрел на то, что его разбудило – серебрянная, окруженная мерцающим светом бабочка опустилась на его обнаженное тело. Но она была не одна, вскоре на его тело опустились и остальные бабочки, томными ласками проходясь по бледной коже. Казалось, что это мягкий шелк Жо Е струится по его телу, но с совершенно другими намерениями – это были прикосновения любовника, чувственный шепот, страстное желание. Принц встречает Князя Демонов во сне.

— У меня есть одна просьба... — шепнул Хуа Чэн, отпрянув и облизав мочку уха юноши. — Я тебя слушаю, — произнёс Се Лянь, смутившись. — Свяжи меня... гэгэ... — от такого, столь соблазнительного шепота по коже Се Ляня пробежали мурашки.

Он же бессмертный небожитель, и пускай небеса его не любят, пускай не помнит весь остальной мир – для тебя он единственный и самый значимый.

«Невеста» в свадебном паланкине настороженно замирает, и Хуа Чэн не отнимает руку – ждёт. Этого мгновения он ждал, кажется, целую вечность; и ещё готов подождать – ровно столько, сколько Се Ляню нужно для того, чтобы принять решение.

Се Лянь хочет доставить князю удовольствие.

Се Лянь решил отблагодарить Хуа Чэна за свой портрет его же способом.

Я хочу стать лучше

Хуа Чэн всегда был так ласков и нежен с ним, оберегал как своё самое ценное сокровище, дарил свою заботу и любовь. Се Ляню казалось, что лучше него никого не найти. Его Сань Лан лучше всех!

— Сань Лан, у меня есть для тебя подарок. — Какой? — Я.

В свои неполные двенадцать Эмин надеялся, что эта новая приемная семья все-таки сможет его полюбить. Теперь он уверен, что они от него откажутся так же, как отказывались все до них

Хуа Чэн часто предлагал эксперименты в спальне. Тело омеги создано для принимающей роли, проникновение приносит ему удовольствие и обеспечивает рождение детей. Для чего ему уступать это место альфе, Се Лянь не понимал.

Се Лянь ничего не знал о том, как проявляется его сторона омеги. Особенности его метода культивации долгое время влияли на тело, поэтому для него и Хуа Чэна наступление течки стало неожиданностью.

Чьи-то со всем холодные губы начали сливаться с горячими губами бога войны. Се Лянь начал поддаваться, проваливаться, расслабляться. Думать он не мог. А поцелуи от неизвестного ему даже понравились, он отвечал взаимностью. Они были холодными и это спасало Се Ляня от невыносимой жары.

Воздушный танец гипнотизирует Се Ляня. В груди разливается тепло и будто цветы распускаются. Он мог бы весь день пробыть в объятиях альфы без малейшего страха. Даже его омежий шлейф не способен поколебить нежные чувства Хуа Чэна к своему принцу.

Каким бы жестоким ни прослыл третий принц империи Тунлу, а пойти против приказа императора о браке не мог. Теперь во дворце и в жизни альфы поселится "невероятно красивый и богатый" принц из Сяньлэ, который уже вызывает головную боль у Хуа Чэна, и это они еще ни разу не встретились. Сможет ли будущий муж оказаться не таким разбалованным, как другие высокостатусные омеги, и что делать с сердцем, которое так и не прекращает свой бешенный стук при виде Фан Синя, "свалившегося" в его жизнь.

Восемьсот долгих лет Его Высочество хранил свою самую главную тайну...

В храме тысячи фонарей был беспорядок: чернила с киноварью разлились по дощатому полу, белые листы бумаги рассыпались, точно от ветра. Позабытый своим хозяином Эмин дрожал и бился о пол, будто сокрушаясь и крича, требуя уважения к своей персоне. Се Лянь мягко улыбаясь проказливому Эмину, осторожно выбрался из объятий Хуа Чэна и заботливо взял его в руки, надеясь успокоить и утешить.

Се Лянь целует то, что Хуа Чэн ненавидит больше всего – его пустующую глазницу. Хуа Чэн осознает, что обладание Се Лянем – его самая огромная удача.

Се Лянь вдохнул запах ядовитого демонического цветка и теперь его ждут сильные побочные эффекты. Хуа Чэн хочет помочь принцу и отводит его в пещеру, чтобы укрыться от нечисти и восстановить силы.

Хуа Чэн и представить раньше не смел, что утро может быть таким добрым.