Виктору, никогда не считавшему Джейса своим, хотелось верить, что между ними было чуть больше, чем «перекур» и измученные чертежи.

Слабое здоровье иногда подводило Виктора, из-за чего у него нередко бывали случаи временных неконтролируемых обмороков, которые могли происходить совершенно неожиданно. И Джейс в такие моменты всегда старался быть рядом. Каждый из них проявлял заботу друг о друге по-своему.

Засыпающая в сумерках лаборатория казалась домом.

– А еще Джейс весь такой теплый и хороший, что хочется просто… завернуться в него, как в одеяло. Но не говори ему, что я так сказал, – добавляет Виктор, расфокусированно глядя на него и очаровательно пытаясь нахмуриться, а у Джейса сжимается сердце и становится все сложнее и сложнее бороться с просящейся на губы улыбкой. Завтра, когда протрезвеет – Виктор так, так сильно будет ненавидеть его за то, что затащил на эту вечеринку… Но прямо сейчас пожалеть об этом никак не выходит.

Вместе с Джейсом Виктор готов даже на преступления. После всего, что они творили, секс в лаборатории — просто детский лепет. Впрочем, вопросы физиологии никогда не были ему интересны. Зато эксперименты за компанию с хорошим другом — еще как. Короче говоря, асексуальный Виктор впервые пробует сделать это с Джейсом, и даже находит в этом что-то про себя.

Меняются времена, нравы и даже вселенные... Но только не мы с тобой, Джейс.

" Во всех вселенных, только ты..." Джейс и Виктор любят друг друга, а это сборник рейтинговых драбблов. Все тривиально.

Работать в паре порой тяжело, особенно начинать, ведь пока нет достаточного доверия к партнёру. Да и неловкость от нового знакомства и попыток найти общую волну, чтобы облегчить совместный труд. Джейс рад, что он прошёл этот этап с Виктором. Они могли спокойно высказать своё мнение, да порой была некая вежливость, но зато не скованность в стремлении не обидеть собеседника.

Новый год - новые чувства, не так ли? Как обернется главный зимний праздник для двух преподавателей? Пожалуйста, отсыпьте немного корицы, налейте глинтвейн в кружку с Сантой и укутайте ноги в шерстяные носки.

Когда это всë началось? С того дня, когда на втором курсе Виктору поставили в пару амбициозного и доброго Джейса Талиса. Из партнëров по лабораторным и курсовым они стали друзьями, после выпуска – коллегами, после совместных больших проектов – соседями по квартире, а потом... Подождите, супругами?

Джейс был словно воплощением того, чего хотелось Виктору. Идеи, знания, уверенность и нестандартность мышления. Возможно, у помощника декана Академии были завышенные стандарты, но этот юноша чётко по ним проходил.

Жажда прикосновений — главнейшее из всех основных желаний.

Шестерёнка на запястье не стиралась. Она была словно выгравирована золотыми блёклыми чернилами. Такая крошечная, зубчатая, изящная. Она была такой красивой, такой изумительно-тонкой, что невозможно было отвести взгляд. И, самое восхитительное, Джейс знал тогда, ещё будучи ребёнком, что это была она. Магия.

Вопрос о том, почему Виктор весь мокрый, распыляется сам собой. Потому что за окном дождь, потому что, возможно, он шёл до квартиры Джейса пешком, потому что одет не по погоде, потому что в этом весь он. Заваливается спустя три года молчания, и по глазам можно прочитать абсолютно всё, потому что врать он умеет, но только не при Джейсе. И в этом весь Джейс, который молча пропускает бывшего в квартиру, делает кофе по памяти, ведь рецепт выжжен на подкорке мозга.

– Джейс? – Тихо зовёт он, пока пальцы продолжают щупать знакомое тело, которое точно не его. Виктор промаргивается несколько раз, пытаясь выбросить из головы кучу ненужных мыслей. Тихий стон где-то с другой стороны стола вынуждает слишком резко встать. Он бьётся рукой о полку возле стены, разворачивается на пятках и замирает на месте, когда на полу видит лежащего Джейса. В его теле. – У нас проблемы, – кратко произносит Виктор.

Джейс физически силен, и иногда, забывая это, он делает Виктору больно. Но только не сегодня.

Виктор всю дорогу смешно морщит нос от едкого запаха висящего на зеркале ароматизатора. Джейс как специально покупает этот противный цитрус, нервируя и так дергающегося от всего Виктора, словно задался целью довести его до тика. Последней каплей, кажется, станет эта совместная поездка на пляж.

Ребятам пришёл запрос от миротворцев на создание наручников. Конечно, как можно сдавать работу,перед этим не протестировав? К чему привёл этот тест, и как развивались отношения ребят? Узнаем вместе)

— Ты же понимаешь, что я ничего не чувствую? — спрашивает Виктор, когда Джейс целует его в тыльную сторону ладони. На слове «чувствую» его голос звенит, рассыпается, будто звучит через плохой динамик.

Два гениальных изобретателя, годы работы бок о бок и невысказанные чувства. Одна игра «Правда или выпивка» рушит хрупкое равновесие, вынуждая Виктора и Джейса столкнуться с тем, что они так долго скрывали. Что, если бы они осмелились признать правду? Смогли бы они вписать любовь в уравнение своей жизни — или это изменило бы их историю навсегда?