Се Ляню нравилось просыпаться в его объятиях, а Хуа Чэну нравилось засыпать рядом с ним. Но сегодня он вернулся поздно, позже обычного, и Се Лянь уже успел уснуть, вымотавшись после работы в деревне. Хуа Чэн укрыл его, зажёг свечу, сел рядом — и просто не смог отвести от него взгляда.

— Это правда. Обычно проигрыш обговаривается до того, как будут брошены кости. Твой приз мы знаем: если ты выиграешь, ты сможешь забрать его домой и делать с ним что пожелаешь. Но что Гэгэ может предложить, если я выиграю? На что он мог сделать ставку? — Как насчет поцелуя, Гэгэ? В Игорном Доме Се Лянь делает ставку на поцелуй и проигрывает. Затем он снова проигрывает. И опять. И снова.

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

Непревзойденный князь демонов, Собиратель цветов под кровавым дождем, наводящий ужас на небеса и землю, за последние шесть месяцев стал самым настоящим ласковым лисенком. А еще, если принц раньше думал о том, что Хуа Чэн заботливый, то по сравнению с тем, что происходит сейчас, он ошибался.

Приближается День рождения Хуа Чэна и Се Лянь мучается, не зная, что ему подарить. Кто мог подумать, что случайная встреча на рынке не только подаст ему идеи, но и поможет устроить для супруга лучший праздник, какой только можно представить.

Чувство счастья накатывало бурунами, топило в волнистом прибое, проникало лазурной, бурлящей водой в кости, заставляло дрожать и улыбаться от любви.

К возвращению Хуа Чэна у Се Ляня накопилось очень много идей и очень, очень много сексуального напряжения. Фанфик, в котором бог и демон играют в "правду или действие", и каждый ход значит очень многое.

В храме тысячи фонарей был беспорядок: чернила с киноварью разлились по дощатому полу, белые листы бумаги рассыпались, точно от ветра. Позабытый своим хозяином Эмин дрожал и бился о пол, будто сокрушаясь и крича, требуя уважения к своей персоне. Се Лянь мягко улыбаясь проказливому Эмину, осторожно выбрался из объятий Хуа Чэна и заботливо взял его в руки, надеясь успокоить и утешить.

Се Лянь проявляет инициативу, и этим все сказано...

Что бы произошло, если бы встреча в игорном доме Призрачного города была первой для Его Высочества Наследного Принца и Собирателя цветов под кровавым дождем? Никаких восьмисот лет поисков и ожидания, лишь прекраснейший из богов, который решил сыграть с Князем демонов, не имея при себе ничего достойного ставки. Хорошо, что Хуа Чэн знает, что желает получить в качестве своего выигрыша

Что делать, если ученик всеми силами старается увильнуть от урока каллиграфии? Конечно, пообещать после выполнить любое его желание... и пусть методы Его Высочество наследного принца странные, зато действенные!

Когда речь идет о чем-то подобном, есть несколько важных шагов: Во-первых, Се Лянь следит за тем, чтобы его муж был занят. Это только выглядит так ужасно, но на самом деле это не так! Просто Хуа Чэн может быть слишком заботливым, и если бы он увидел это, то отреагировал бы плохо. Се Лянь лучше бы избавил его от этого.

Хуа Чэн занимается каллиграфией на теле возлюбленного Бога.

Кто так слеп, как возлюбленный, так слеп, как раб Господа? Исаия 42:19 (Се Лянь просит этой ночью завязать ему глаза.)

Иногда Хуа Чэну хотелось увидеть, как Се Лянь вел бы себя, будь он немного высокомерным и заносчивым принцем, и Князь Демонов с радостью бы бегал вокруг него, выполняя каждую мелкую прихоть Его Высочества. Похоже, Се Лянь умел читать мысли. Или как еще ему в голову могла придти идея притворяться весь день капризным принцем?

После битвы с Безликим Баем прошел год. Се Лянь ждал, терпеливо, с надеждой. Он верил, что Хуа Чэн к нему вернется, как только вновь воплотится в этом мире. Так и случилось. Той же ночью наследный принц, долго рыдая на плече Князя Демонов, уснул, но ненадолго — кошмары, мучавшие его весь прошедший год, вернулись. Но теперь он сможет разделить эти переживания со своим возлюбленным и убедиться, что даже если весь мир падет, Хуа Чэн останется рядом с ним. *Первая ночь Хуаляней на горе Тайцан

Иметь партнера не будучи замужем — немыслимо, даже в течку, но рабы — не люди, а потому с ними можно вытворять что угодно, не нарушая древнейшие законы, но все равно превращая страдание в наслаждение. Наследный принц ищет альфу, что смог бы спасти его от боли, а Хуа Чэн долгие восемь лет рабства мечтал только об одном — удостоиться хотя бы взгляда Его Высочества

Каким бы жестоким ни прослыл третий принц империи Тунлу, а пойти против приказа императора о браке не мог. Теперь во дворце и в жизни альфы поселится "невероятно красивый и богатый" принц из Сяньлэ, который уже вызывает головную боль у Хуа Чэна, и это они еще ни разу не встретились. Сможет ли будущий муж оказаться не таким разбалованным, как другие высокостатусные омеги, и что делать с сердцем, которое так и не прекращает свой бешенный стук при виде Фан Синя, "свалившегося" в его жизнь.

Хуа Чэн не ожидал, что из-за дурацкой простуды и любимого пса встретит любовь всей жизни.

Случайная встреча, спонтанный секс и сложные отношения, которые непонятно зачем начались, но которые никто из них не хочет заканчивать. Хуа Чэн, который отвергает саму мысль, что может испытывать ревность к кому-то, и Се Лянь, который доказывает ему обратное, находясь рядом и заставляя Хуа Чэна чувствовать эмоции, которые, как он думал, он никогда не испытает.