Если удовольствие, которое исходило от рук Джея, больше напоминало кипение — в венах от жара бурлила кровь, — то удовольствие, причиняемое его губами — это как много часов простоять под горячим солнцем пустыни, обжечь стопы о раскаленный песок, покрыться струпьями и тут же окунуться в райский оазис. Наслаждение такое, будто в тебе впервые разгорелась жизнь.

Отправившись в отпуск в солнечную жаркую Италию, Джей надеялся найти долгожданный отдых, однако мир и покой его преступно нарушил прекрасный юноша с хитрыми кошачьими глазами и не по возрасту греховными помыслами.

Чонвон слишком беспокоился за сохранность Сону, собирающегося на концерт своего парня. Идти в клуб на окраине города одному было опасно, поэтому Ян составил компанию лучшему другу и готовился воочию увидеть жизнь южан, перебарывая собственную неприязнь к ним.

Отец-одиночка Джейк скачивает приложение для знакомств и получает больше, чем рассчитывал, когда знакомится с Хисыном.

Они встречались у Джейка дома и дарили друг другу смазанные поцелуи в подбородок, после тяжёлого рабочего дня, скрывавшиеся под плотно зашторенными окнами и напрочь закрытыми дверями. Шим забывал о завтрашнем зачёте по философии, кидая рюкзак в прихожей, а Хисын — об раздражающей ведомости, которую нужно было сдать на кафедру — так спешил увидеться.

какова она на вкус, душа грешника?

Чонвон ведет себя невероятно развязно для того, кто пару минут назад выпрашивал автомат по предмету и мял вспотевшие ладошки. Кладет руку преподавателя на собственный затылок и просит не жалеть, смотрит умоляюще и вытирает уголки рта после чонсоновой смазки вперемешку со слюной; жадно вбирает больше половины и расслабляет горло, пытаясь не поддаться рефлексам, — безуспешно. Какой же он чертовски прекрасный.

Ненадолго возвращаясь в Америку спустя одиннадцать лет отсутствия, Джей совсем не думал, что у него появится причина остаться. Этой причиной стал шестнадцатилетний юноша с фарфоровой кожей, клубничными губами и невообразимо пленительными кошачьими глазами. Ян Чонвон был сыном его давнего и единственного друга.

Сону вываливает это на него одним вечером, когда они лежат в кровати Сонхуна. — Хен, — начинает он как бы невзначай. — Как бы ты отреагировал, если бы я предложил тебе открыть совместную страничку на OnlyFans. (или: Сону уговаривает Сонхуна открыть совместную страничку на OnlyFans. По-дружески. И Сонхун бы точно оценил эту идею, если бы не был безнадежно влюблен в младшего).

бесконечные головоломки и игры с самим собой, а результат, правда, всегда один – проигрыш. иллюзорные маски из стали порядком давят на скулы. но внутри чонвона в один момент вверх дном переворачивается абсолютно всё: холодная голубая шагрень с металлическим блеском постепенно сползает, а под шершавой коркой льда прячется то, что, оказывается, так необходимо согреть. джею стоило всего-то появиться на пороге учебного класса.

сонхуну не нравится экономика, но слишком нравится преподаватель мистер ли хисын.

— Итак, насчет нашего видео на десять тысяч подписчиков… — Сону замолкает, подавляя смех от того, как забавно Сонхун выглядит, напрягшись от интереса. — Не хочешь быть немного грубее? (или: Сонхун и Сону снимают спэшл, чтобы отпраздновать десять тысяч подписчиков)

Если Сону попросят перечислить все случаи, из-за которых его можно назвать плохим возлюбленным, он вспомнит только два. Первый – когда он сказал Хисыну, что девственник, хотя не был им со второго года средней школы. Второй – когда отдался незнакомым рукам, искал трения о тело под ним и целовал наглую ухмылку на лице младшего брата своего парня.

Я твой бог и последняя возможность;

Джей — экспонат в музее, выставленный на всеобщее обозрение, но помещённый в прозрачный стеклянный купол, со всех сторон лишенный доступа извне. «Руками не трогать», — гласила надпись на нём, но имела на Чонвона абсолютно противоположный эффект. Действовала не хуже, чем красная тряпка на быка. или au, в котором Джей — начинающий фотограф, а Чонвон просто попросил его устроить ему фотосессию.

Джей любит красивые вещи, любит смотреть на них, любоваться долго, изучать и пытаться запомнить на очень долгое время. А чонвоново тело определенно могло бы занять место в пятерке всего самого красивого, что он когда-либо в своей жизни видел. Просто… дыхание спирает.

Чонвону было трудно определить отправную точку, с которой его жизнь пошла под откос. Может, всё началось с разыскных листовок в Нью-Мексико, где красовалось его лицо, а может, с ситуации, в которой Яна кинул давний приятель. Но одно было ясно точно — все эти паршивые стечения обстоятельств привели к тому, что Чонвона едва не пристрелил местный шериф. И Яну оставалось только надеяться, что их пути больше никогда не пересекутся.

Чонвон — хороший студент и спортсмен, который частенько своими выходками подкидывает проблем деканату, но никто не знает, что причиной всему этому служат сильные чувства к его любимому хёну. Взаимны ли они, ещё предстоит выяснить…

за последние двое суток ким сону успел упасть в глазах пак сонхуна, упасть перед пак сонхуном и влюбиться в пак сонхуна.

Пак по должности выше, и Чонвону совершенно точно не стоит так часто задерживаться в его кабинете, не стоит давать коллегам причины для сомнений, прожигая друг друга взглядами, касаясь друг друга так, как простым коллегам не положено. Для Чонвона соблюдение субординации на рабочем месте никогда не было проблемой. Раньше.