У Чонгука весь первый курс академии было все идеально. Было. Пока у них не началась практическая боевая магия, а у него не появилась своя головная боль. Ким Тэхён для него, как криптонит для Супермена. — Если бы он испытывал хоть какие-то эмоции, готов поклясться, у него бы стояло каждый раз. Не просто же так он меня об землю лупит до самого конца пары, — Чонгук сильнее затянул крепление своих перчаток на запястьях.

Здравствуйте, доктор. Скучали? Я – немного. Вы начинаете мне нравиться. Потому что старый и скоро умрёте. Поясните за навязчивые мысли, а? Это лечится? Вы же этот… мозгоё… то есть мозгоправ. Вы должны знать точно! Раньше у меня такое только в отходняках было, а теперь и на сухую. Началось три дня назад, и всё то время они (мысли) протирают мой мозг на мелкой тёрке… А запой считается терапией? Нет? Жаль, потому что я уже в говно

Сколько слов нужно подобрать, чтобы описать горячо-яркое пустынное солнце? Всего одно. Жаркое. А сколько нужно слов, чтобы описать солнце с Востока? Наверное, и полжизни не хватит для того, чтобы описать хотя бы эти наивные глаза.

Чон Чонгук считает, что омегам не место в военной академии. Ровно до тех пор, пока на место преподавателя по боевым искусствам не приходит омега Ким Тэхён...

— Я хочу нормальных, человеческих отношений, Чонгук, — припечатывает правдой. — У нас была договорённость, что между нами только секс и ничего больше, поэтому я решил… Уйти. Закончить всё это, — последнюю фразу Тэхён произносит шёпотом, но для Чонгука она всё равно звучит оглушающим выстрелом.

— Останься. Улыбка сползает с лица Чонгука, и тот поворачивается, чтобы встретиться взглядами. В глазах у него — растерянность, восторг и что-то ещё, чего Тэхён не может разобрать. — Ты имеешь в виду сегодня на ночь? — уточняет. — Я имею в виду останься, Чонгук. «Навсегда».

— Меня зовут Чонгук. Чон Чонгук, — и протягивает руку, предварительно вытерев её о джинсы. Господи, он весь взмок от волнения, почему это так сложно? — Ким Ёбарь-террорист! — вскрикивает Тэхён и обречённо вздыхает. — Чёрт, я не хотел, простите. Так что насчёт кофе?

— Если ты хочешь, чтобы вокруг царил хаос, — внезапно слишком тихо и нежно шепчет Чонгук, — я погружу в него для тебя весь мир.

Чонгук свёл ноги, пытаясь вновь прикрыться, но его остановил Тэхён, ногой расставив ему колени в стороны и с силой наступив подошвой лаковых туфель на болезненно возбуждённый член. С губ Чона вновь сорвался жалобный вскрик, а под веками заискрились звёзды. Это слишком. Слишком стыдно, слишком будоражаще. И невыносимо приятно.

Держи друзей близко, а врагов ещё ближе. Например, в своей постели.

— Извращенец, — процедил Чон, изо всех сил сдерживая улыбку. Ким же себя не сдерживал — фирменная кривая ухмылка расползлась на зацелованных губах. — И тебе это чертовски нравится, да, крольчонок?

— Я сомневаюсь, что в этом мире есть хоть что-то, что заставит меня полюбить байки, — Чонгук фыркнул и, развернувшись, ушел в кабинет. — Может быть, кто-то заставит, — Чимин бросил эту фразу, не особо думая над ней. Гук подросток, увлекающийся флористикой, читающий романы и мечтающий о красивой любви. А Тэхен байкер, которому пришлось полюбить цветы.

отец шестнадцатилетнего чонгука — генерал минобороны, но похотливого тэхёна это никак не останавливает.

тэхён всё ещё похотливый, а отец чонгука всё ещё хуй согласен с этим мириться. продолжение к «беги, папочка».

Каждую неделю Тэхён ходил в клубы… Или в бары. На самом деле, место и время суток никогда не имело значения. Тэхёну всего-лишь нужно было притвориться сильно пьяным, чтобы какой-нибудь «хороший» альфа подошёл к нему и узнал, в порядке ли он. И чтобы после исключительно из хороших побуждений, сгорая от желания воспользоваться беззащитным телом, отвёз в дешёвый мотель. Система всегда работала исправно. Но однажды даже она дала сбой в лице Чонгука. В лице альфы, который действительно хороший.

Borgata (в перев. с итл) — семья организованной преступности. Чонгук — глава огромного мафиозного клана, собравший вокруг себя сильных приближенных, где общие гены не имеют значения, ведь семья — люди, с которыми его связывают взаимное уважение, верность и намерение вознестись на самую вершину преступного мира.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

— Поздравляю, Ким Тэхён, — мрачно произнес Чонгук, сидящий на земле с нескрываемым вселенским разочарованием. — Благодаря тебе мы просрали камень, который я сохранял две сотни лет.

Подкатывать к любимому человеку с алкогольным аттракционом в голове — плохая затея. Везти домой пьяного парня, по которому сходишь с ума, — еще хуже. А минус на минус в итоге всегда дает плюс. AU, в котором Тэхён любит Чонгука слишком тихо, пока не напивается в клубе.

Босс Тэхёна Чонгук безупречен во всём: от идеально выглаженных рубашек до выстроенного по минутам графика. Его спокойствие сводит с ума сильнее любого крика. Тэхёна раздражает эта непоколебимая идеальность. Но после одного случая он всё чаще представляет, как трескается эта безукоризненная оболочка… и фантазии становятся слишком яркими, чтобы отмахнуться.