— Неженка, - Му Цин растягивает губы в блядской улыбке.

Фэн Синь тяжко вздыхает и садится на чужую кровать. Смотрит прямо на Му Цина, в упор, но взгляд мутный, расфокусированный. "Приплыли, блять", - мысленно ругается Му Цин, закатив глаза. Только этого ему не хватало для полного счастья.

Му Цин упорно следовал выбранному пути самосовершенствования. От этого у него и проблемы.

Фэн Синю очень нравятся бедра Му Цина.

Му Цин был чертовым Богом, но сейчас, когда его идеальная броня пала под такими же идеальными касаниями, он начинал сомневаться в том, стоило ли им оставаться.

Они резко замирают по разные стороны от стола, дергаясь то в одну, то в другую сторону, пытаясь предугадать действия соперника. — Вот опять! — Фэн Синь вскидывает руку, тыча в него пальцем, — Ты хоть минуту можешь не думать о моем члене?

Мо Жань хочет поменяться местами... Как же Чу Ваньнин может ему отказать?

- Бинхэ будет хорошим мальчиком для этого учителя? Шэнь Цинцю правда собирается трахнуть главного героя этого мира! А-а-а-а!!!

«Я придушу этого мерзавца, — пронеслось в голове Му Цина, челюсти судорожно сжались. — Чёртов Цзюйян…» Но в самой глубине души, где робко цвели запретные желания, он не мог отрицать: каждая клетка его тела помнила жар той ночи, где каждое прикосновение Фэн Синя отдавалось сладкой дрожью. Ему нравилось все. До последнего, мучительно прекрасного вздоха.

Се Лянь умеет глотать мечи, а Хуа Чэну совсем не нужно дышать.

На заявку: АУ. Европа 19 века. Демоны и заклинатели делят между собой земли как при феодальном строе с переменным успехом. Действие происходит при дворе монарха Лю Цингэ в сезон балов. Ло Бинхэ (Ло Бин-гэ), представитель влиятельной семьи демонов, вступает в сражение за расположение монарха с Шень Цинцю (Цзю), представителем влиятельной семьи заклинателей. Склоки, сплетни, ебля в потёмках дворца.

Хуа Чэн умел и любил удивлять, потому что реакция Се Ляня на его выходки бесценна. Видеть, как загораются счастьем глаза; как расцветают щёки нежным румянцем – всё это было дорого его мёртвому сердцу. Он корит себя за непристойные мысли, но не может удержаться от предложения, на его взгляд, безумно мерзкого. Он ждёт презрения и отвращения, но получает лишь любовь и ласку. В голове тревожным огнём горит лишь одна фраза: нельзя соединять божественное с безобразным.

Пребывание Хуа Чэна на горе Тунлу в пещере Тысячи статуй.

Порно со статуями... Я думаю, на этом всё.

— Сань Лан, — невыносимая ласка топила, — ты не забыл, о чём я просил? Хуа Чэн сглотнул. Он не забыл. — Гэгэ просил звать его по имени, — ответил он, пользуясь небольшой передышкой. // Хуа Чэн готов пойти на всё, чтобы сделать Его Высочеству хорошо. Даже если это не всегда легко даётся.

Хуа Чэн всегда сдерживает обещания.

Се Лянь очень-очень хочет Саньлану всецело принадлежать, а тот не хочет. Или боится? А может быть... сдерживается? А потом Се Лянь сам просит: «Покажи, что я принадлежу тебе» — и они наконец делятся своими желаниями, и после никто из них не боится называть другого «мой».

Ещё будучи живым, Хуа Чэн узнал, каково любить Се Ляня не только как бога, но и как человека. Часто в голову приходили такие мысли, что после становилось стыдно перед своим божеством. Юноша, которым он когда-то был, скорее бы лишил себя жизни, чем поверил в то, что в один из совершенно обычных дней Се Лянь — его супруг — подойдёт к нему и встанет на колени, дабы сделать явью те самые грязные, порочные фантазии.

Олежа — тихий и спокойный в группе, но с Антоном он всегда другой. С Антоном он всегда одушевленно делится интересными историческими фактами, говорит быстро, но четко, иногда бормоча себе что-то под нос, как на лекциях, а иногда тихо стонет на ухо, стараясь как можно сильнее держаться за крепкие плечи возлюбленного.

Синяя: без отклонений от канона. Спустя пять лет семейной жизни Рэй ощущает острое возбуждение от своего парня-жёнушки. Красная: AU, в которой Рэй стал боссом мафии вместо своего отца. На работе он жесток и беспощаден, но Кадзуки — единственный, кто видит его слабым и подчинённым.