Он любит Джисона… и его грудь.

Жизнь после родов — тяжелая вещь, но она становится чуть легче, когда у тебя есть любимый муж

Минхо извращенец. Эта мысль не выходит у него из головы. За свои желания ему должно быть стыдно. Но что он может сделать, если эти фантазии не покидают его голову?

Минхо очень много работает. Работа адвокатом состоятельных мошенников оказалась не самым легким занятием, хотя Ли на другое и не рассчитывал. Однако дома его всегда ждет любимый муж, Джисон, который недавно родил ему сына. Эти два важных обстоятельства заметно скрашивают его жизнь и насыщают счастьем. А еще Минхо обнаружил, что ему дичайше нравится вид сочащихся молоком сосков Джисона.

Сонхва даже надулся: альфа оказался занят. Вкусный — на вид — широкоплечий, уверенный, громкий настолько, что Сонхва слышал его за двадцать метров и сквозь электронные басы, и позволял себя так трогать не то слишком уверенному в себе бете, не то откровенно комплексующему омеге.

Когда встречаются два одиночества, которые дополняют друг друга так, словно они вылеплены по одному лекалу, интересует ли хоть кого-то из них, что, по мнению остальных, они психически больны?

Только четыре слова: волшебный целительный член Джисона. В буквальном смысле. Или: Джисон понятия не имеет, какую суперспособность он получил. Но незнакомец в инвалидной коляске помогает ему разобраться и незаметно для себя переворачивает всю его жизнь.

Блядство. Только не сейчас. Они очень устали, путешествуя от города к городу, выступая на концерте за концертом, и Джисону постоянно не хватало времени на некоторые личные вещи. Не то чтобы его организму вообще хватало сил хоть на что-то, но, конечно, именно сейчас должно было хватить — сейчас, когда Минхо лежал неподалеку и крепко спал, в их одной на двоих двуспальной кровати отеля, его желания решили, что самое время проявиться. Черт побери.

В конце концов, его карты никогда не врут.

Джисон самый неуклюжий человек в стране. Нет, он самый неуклюжий на этой планете. Он уверен, что хуже него никого нет и никогда не будет.

Любить Ли Минхо достаточно трудно. Особенно, когда он твой лучший друг. Особенно, когда хочешь ощущать его поцелуи на своём теле. И уж особенно, когда просто хочешь его. Всего и полностью. — Знаешь, какая моя эрогенная зона? — прошептал Минхо. — Твои губы.

Минхо обожает своего мужа. Он любит Джисона всеми фибрами своего сердца, тела и чего только можно. Его устраивала жизнь, которой он живёт. Почти. — Ох прошу! У меня сегодня день рождения, неужели даже сегодня ты не дашь мне попробовать твоё молоко? — Ты серьезно так сильно этого хочешь? — Да? — И как ты собираешься пить его? — До дна.

Джисон ждал мужа, который должен был принести упаковку его любимых конфет с орешками, но помимо них получил ещё и кунилингус

"Моя граница — только твое желание. Стоп-слова разрушат нас. А должен разрушить ты. Меня." "Или ты меня", — смеется Минхо, шлепая его по красной заднице. Тот громко ойкает. Рука с нажимом проходится от задницы до загривка. Минхо переворачивает Джисона на спину и забирается на него сверху, сдавливая его красивую длинную шею. "Ты не боишься, что я не остановлюсь?" Он ослабляет хватку, чтобы услышать ответ. "Не останавливайся. Я весь — для тебя." — шепчет Джисон. Рука сжимается сильнее.

Джисон любит ванильный раф, и когда братья Ли приглашают его к себе на кофе, он с радостью соглашается. В итоге он понимает, на что согласился на самом деле. Но лишь когда ловушка захлопывается и он встречается с голодным взглядом троих альф.

Джисон гладит живот, чувствует шевеление внутри себя. Икра морского чудища зреет в его чреве, и уже скоро оно призовёт его назад в море на нерест. Он же хотел курортный роман? Что ж, этот отдых в заливе он запомнит надолго.

Чонин устроил Джисону и Минхо свидание вслепую и поклялся, что, в случае провала, это будет последнее свидание, которое он устроит. Вот только свидание прошло не так уж и плохо. Минхо даже сделал ему предложение. Вот такие вот дела.

У Джисона новая проблема. Грудью он перестал кормить, а молоко будто и не собирается пропадать.

Джисон — течная омега в прямом смысле этого слова. он до безумия сильно устал от мокрой задницы, ладоней и груди, которая подводит его на фотосъемке. он каждый раз задается вопросом: кому он таким нужен, да и еще с ребенком на руках? ответ быстро сам себя находит, когда в разгаре течки он седлает бедра визажиста, взяв все в свои руки.

У Джисона проблема, которая опозорит его на весь университет. Но Минхо чувствует все раньше, чем кто-либо другой. Когда глаза напротив затапливает чернотой, хвост обвивает талию, а голос опускается до урчания Джисон понимает – помощи теперь не избежать. Даже если стыд сжигает заживо, а тело предает с каждым прикосновением.