Хоппер всегда знал, что Майк Уилер — невыносим. Слишком громкий, слишком настырный, слишком... везде. Особенно когда начал встречаться с его сыном.

Уилл и Майк встречались больше года и успешно держали это в секрете от своих друзей… до сих пор.

Майк целует Уилла (много раз) в лоб, потому что он идеального роста для этого.

Теперь он для Уилла лишь парень сестры. Эл досталась кровная и теплая характеристика, а Майк – словно безымянный персонаж, который не сегодня-завтра может смениться на другого. Почему нельзя было назвать его товарищем? Другом детства? Одноклассником, на худой конец? Все эти слова все равно не могли описать все то сложное и запутанное, что с ними стало, и вряд ли Уилл хотел распространяться об этом с новыми друзьями.

Майк и Уилл, проведя год совместной жизни в счастливых отношениях, отправляются на атлантическое побережье в компании семейства Уилер, которое не имеет никакого представления о том, что их сын встречается со своим лучшим другом. Лазурный океан, палящее над головой солнце, горячий песок на кончиках пальцев и целая неделя под одной крышей с родственниками. Что может пойти не так?

— Знаешь что? Вот. — он с силой бросает их Уиллу в лицо. Бумага рассыпается по полу. — Всё, что я не смог сказать. Всё, что ты хотел услышать. Читай. Наслаждайся. И потом сделай мне одолжение — просто оставь меня в покое. Только будь добр, брось все попытки "остаться друзьями" после этого. Лучше сразу прекрати общение, а не мучай меня этим. Он разворачивается и вылетает из комнаты, хлопнув дверью. Уилл остаётся один, окружённый десятками раскрытых страниц. Это обернётся чем-то ужасным.

Тени свечного пламени танцевали на лице паладина, непривычно тонкого, почти изящного без доспехов и кольчуги. Уилл то и дело находил его глазами в суете бала, раз за разом отмечая, что сэр Майкл отказывал в танце всем деревенским девушкам после того, как отвальсировал с Принцессой Эрикой, как требовали того приличия. – Почему вы постоянно смотрите на моего брата, Светероль? – спросила его внимательная Холли после мазурки. – Раздумываю, как бы затащить его помолиться.

— Мне кажется, что моя смерть — самое простое решение. С моей смертью исчезнет и Изнанка. Уилл слышит, как Майк сглатывает рядом. — Уилл, я бы позволил миру сгореть дотла, если бы это означало, что ты останешься в нём. Они снова в Хоукинсе. Всё вроде бы как всегда. Только — да, апокалипсис всё ещё в самом разгаре. У Уилла идёт кровь из носа. А Майк, который пожертвовал бы всем миром ради своего лучшего друга, всё равно продолжает его терять.

— Тогда в Изнанке, Майк поцеловал тебя, чтобы вернуть к жизни. Так не делают друзья, они не целуют только чтобы спасти, и ты прекрасно осознаешь это. Поцелуй значит что-то, я ставлю десять долларов на то, что Уилер пытается разгрести все это дерьмо и поэтому избегает тебя. // Ау, где Векна завладел воспоминаниями о дне рождении Уилла, но после победы над ним все вспомнили и решили наверстать упущенное. //

— Мы можем поговорить? — Спрашивает Майк. — Вообще-то, я не думаю, что нам есть о чем разговаривать, — Уиллу нужно прекратить это, и немедленно. Он встает и начинает бездумно рыться в одной из своих коробок, надеясь, что Майк уловит слишком очевидный намек, на то, что Уилл предпочел бы делать что угодно, но не разговаривать с ним. — Ладно, — Майк медленно проходит в комнату Уилла. О, господи, нет. — Тогда я перефразирую. Нам нужно поговорить, Уилл.

Майк не смог закончить свой вопрос. Не смог даже посмотреть на лицо Уилла, боясь увидеть ответ. Что делать, если подозрения подтвердятся? Он не знал и никогда не представлял, как его особенно близкий человек соберёт вещи и уйдет один в неизвестность.

В Хоукинсе зима, и Майк с Уиллом больше не общаются. Живя в доме Майка, Уилл старается быть незаметным, проводя большую часть времени в подвале. Затем отключается электричество, и, если и есть что-то, чего Уилл боится больше, чем столкновения с Майком, так это холод. || Или: Семь ночей, в течение которых Майку и Уиллу приходится спать в одной комнате и постели, хотя их уже едва ли можно назвать друзьями.

— Как будто ты его так хорошо знаешь… — Майк скривил губы. Глаза Робин округлились. — Что, прости?

— Выглядит, будто я тебя укусил, — Уилл наклоняет голову, чтобы лучше рассмотреть. Все, что может сделать Майк, — это уставиться на него. Его пышные волосы спереди, слипшиеся пряди сзади, куда он запустил пальцы всего несколько минут назад. Красивые зеленые глаза, которые при таком освещении кажутся ореховыми или даже карими. Темные круги под глазами, которые появляются у него, когда он выпьет, обрамляют их, словно замысловатые картины. Довольная, кровавая улыбка.

Для каждой вылазки были свои названия: разведка, налет, зачистка. Те, что предполагали путешествие на дальние расстояния с ночевкой в палатке или случайном домишке, насмешливо звались отпуском. Майк не раз упрашивал Хоппера взять его в отпуск. Но с Уиллом? Вдвоем? Минимум тридцать шесть часов, а максимум все семьдесят два? Он не мог понять, какие чувства у него вызывала открывшаяся перспектива.