Му Цин любил кошек — кошки любили Му Цина. Му Цин любил детей — дети любили Му Цина. Му Цин любил Фэн Синя — Фэн Синь не любил Му Цина.

— Так почему у твоих храмов всегда вертится так много кошек? — Не знаю. Почему, как ты думаешь? Фэн Синь думает, что это всё от того, какой Му Цин потрясающий. Он ему это обязательно скажет когда-нибудь потом.

— Неженка, - Му Цин растягивает губы в блядской улыбке.

На Рождество Фэн Синь получает гейскую панику и таинственный подарок.

Му Цин — Бог Войны, сильный и гордый, чистая ярость. Он никому не должен позволять себя укротить, но... глубоко в душе он хочет поддаться. Хоть раз в жизни поддаться, потянуться к рукам одного единственного человека, ведь если это можно делать Се Ляню, то почему, чёрт возьми, ему нельзя? ...Если бы только этот человек хоть раз протянул к нему руки. // А так же о неверных решениях, оказавшихся самыми правильными, и о том, что иногда довериться может быть не лишним.

По правде говоря, оба они с Му Цином молодцы, и все многочисленные подкаты до жути откровенные, неприкрытые соблазнения и уединения на чаепития, несомненно, сыграли свою роль. но чтобы все обернулось... ТАК. Сейчас Фэн Синю совсем не до смеха, только если до истерических усмешек над самим собой. Генерал упирается коленками в мягкий матрас кровати, когда вторая штанина успешно стянута нетерпеливым Му Цином с его ног.

— Я не какая-то хрупкая девушка, Фэн Синь... — Никто этого и не говорил, Му Цин, но ты ранен… Му Цин садится прямо, с горящими глазами поворачиваясь на Фэн Синя. — Черт возьми, я в порядке! — И это моя вина! — говорит Фэн Синь одновременно с ним. Оба замолкают.

Когда во время задания Фэн Синя и Му Цина застигает врасплох буря, они находят старый храм - и кто бы знал, что буря будет бушевать не только снаружи...

Му Цин обнаружил, что стал чаще проигрывать Фэн Синю. Тот стал сильнее из-за новых последователей Цзюй Яна в Призрачном Городе. Что остается делать Му Цину? Построить там свои храмы: больше и лучше, чем у Фэн Синя. В чем проблема? Призраки совсем не интересуются боевыми искусствами и войнами! Му Цину придется найти что-то другое, за что ему будут поклоняться. Так начинается жизнь Сюань Чжэня в качестве Бога Красоты.

Му Цина бесят эти небожители, которые сплетничают, как будто у них нет своей жизни. Его бесит наглое лицо Фэн Синя, бесят его провокации, бесит его идеальная задница и его тупой язык, которыми он облизывает свои тупые губы. Но как же сложно сдерживаться после стольких лет голода.

Хозяева псов должны следить, ухаживать и воспитывать их, правильно? Му Цин недавно узнал, что Фэнь Синь себя вел крайне безобразно на уроке Химии. Как узнал.. Он это лицезрел.

Му Цин знал, что Фэн Синь не посмеет его коснуться, знал, насколько серьёзно он относится к чужим обетам. Поэтому только и делал, что дразнился и испытывал его выдержку на прочность.

Обычная человеческая жизнь полна неловких событий, столкновений интересов и глупых историй, которые иногда даже выдумать сложно. А что уж говорить про жизнь небожителей...

Фу Яо палочками берёт кусочек из своей порции и подносит к губам Му Цина, подставляя снизу ладонь. Смотрит выжидающе и улыбается своему фальшивому парню. Жуя, Му Цин отводит взгляд от сияющего Фу Яо и натыкается на друзей, явно шокированных сценой. И ладно Се Лянь просто удивлённо вскинул брови, но у Фэн Синя отвисла челюсть, а Нань Фэн не донёс палочки до рта, роняя еду себе на колени, тут же начиная материться и пытаться вытереть беспорядок.

Му Цин считает, что советы Се Ляня — хуйня. И у него есть достаточно причин, чтобы так думать.

Вот кто в здравом уме мог предположить, что на Небесах начнётся нехватка кадров из-за запаха Му Цина? И ладно бы это были один-два служащих, что воспылали к генералу Сюаньчжэню страстью, но почти из каждого дворца омеги потянулись к нему.

К задней стороне шеи Фэн Синя возвращается цвет, и он с упреком цедит сквозь зубы: — Му Цин, может хватит? Я же сказал тебе, что это не твоя проблема. — Не надо решать за меня! — голос Му Цина становится громче. – Что за секретность? Ты что, умираешь? Фэн Синь плотно сжимает губы и опускает глаза в пол.

Мог ли Фэн Синь действительно не осуждать его за то, что произошло сейчас? Находил ли он Му Цина нормальным? Потому что по мнению самого Му Цина, испытывать оргазм, даже не прикоснувшись к себе, только от того, что его горло слегка сжали, — это далеко, очень далеко от нормы.