Первую записку Уилл находит по окончании урока биологии в маленьком карманчике собственного рюкзака. Его руки чуть подрагивают, а губы разъезжаются в дурацкой улыбке.

Уилл Байерс совершенно не умеет флиртовать. Нет, честно, он просто ужасен в этом, если Вы сомневаетесь — спросите Майка. Сразу поймете, что Уилер ещё ни разу не догадался о том, что с ним флиртуют. Или пять раз, когда Уилл проявлял чудеса своего обаяния без особого успеха, и один раз, когда флиртовал Майк и это действительно к чему-то да привело.

И в пятнадцать это оказалось так просто — влюбиться в Уилла Байерса. А сейчас Майку шестнадцать, час назад он целовал своего лучшего друга, и он понятия не имеет, что с этим делать. И что это значит для них двоих — тоже. Или история, в которой Майк целует Уилла, и они продолжают целоваться за закрытыми дверьми, потому что это ничего не значит. И когда это начинает значить слишком много, пути назад уже нет.

Проблема в том, что Майк не может быть долго в разрыве с Уиллом. Каждый ощущается словно петля на шее, как удавка, которую Уилл, отдаляясь, затягивает все крепче.

Уилл, наверное, просто неудачник. Он не знает, как еще объяснить хотя бы себе то, что одной безответной любви ему, видимо, мало, ему нужно еще и каждый день наблюдать в деталях, как Майк Уилер умеет любить, как он невероятно красив, когда влюблен. И как у него блестят глаза, целая чертова галактика мерцает во взгляде, когда он признается в своих чувствах. Уилл, конечно, мечтал все это увидеть, но тогда Уилл, оказывается, не знал о боли вообще ничего.

Их дружба осталась там, в пустых комнатах, которых уже нет, в разговорах, которые теперь не имеют значения, в сердце Майка, в котором только дыры да ложь, и все, чего он хочет — нелепое и детское «можно, все будет как раньше?» и улыбку Уилла, ту, что всегда была адресована только ему.

Неважно, как Майк смотрит, неважно, как себя ведет и что говорит. Неважно, на что Уиллу так сильно хочется надеяться. Реальность, хочет он того или нет, не может не напоминать ему, где чье место.

Потребовалось время, чтобы сориентироваться. Он привык просыпаться от шума и вибрации, но не от прикосновений. Как обычно, он плотно прижимался к стене, чтобы сохранить расстояние в несколько дюймов между собой и Майком. Но не сейчас. Потому что Майк перекатился через кровать и обнимал Уилла сзади. Его голая грудь прижималась к обнаженной спине, одна рука была закинута на талию, и он что-то бормотал Уиллу в затылок.

Байерсы остаются с Уилерами. В подвале холодно, поэтому Майк предлагает Уиллу переночевать в его постели. Уилл чувствует себя на 100% хорошо и нормально по этому поводу.

Однажды Майк и Уилл тайно проводят время наедине в комнате Уилла, когда Дастин внезапно решает созвать партийное собрание по рации.

Майк не осознавал, насколько сильно Уилл изменился за последние шесть месяцев.

— Поверь, так тоскливо и преданно смотрят только глубоко влюблённые люди. Думаю, у него своя стадия принятия, и он явно готов разорвать меня за то, что я с тобой тусуюсь. — Это не… — Уилл не успел договорить, как раскрылась дверь в подвал, и по ступенькам слетел к ним взъерошенный Майк, — …так. Или! Наставница Робин, запутавшийся Уилл, всё понимающий Майк и задолбавшийся Стив Харрингтон.

(Сцена после концовки четвёртой серии!) Все проблемы, вся неизвестность ближайшего будущего меркли, когда Майк смотрел на Уилла — того же самого умного, смелого и родного, но теперь в нём пылал иной свет, ярче, сильнее в миллионы раз, и Майк боялся сгореть без остатка. И одновременно хотел быть сожженным Уиллом Байерсом дотла.

Если бы Майка спросили, в какой именно момент все в его жизни начало сыпаться словно песок сквозь пальцы, он не смог бы дать точный ответ.

Тепло приливает к щекам Майка. То же самое трепетное чувство, что возникало прежде, возвращается с удвоенной силой, и в голове крутится дюжина разных мыслей. Уилл хотел защитить его. Майка. || Или: После битвы в MAC-Z Майк и Уилл обсуждают способности Уилла, его дружбу с Робин и его новообретённую уверенность в себе. События после s5 vol.1

Уилл чувствует себя оленем, попавшим в свет фар, и тупо смотрит на Мюррея, не находя нужных слов. Как вы отреагируете на то, что кто-то залезет к вам в душу и вывернет ее наизнанку перед вашим лучшим другом и человеком, в которого вы (определенно безответно) влюблены? Да еще и в канун Рождества?

Майк понял: годы дружбы оказались лишь подготовкой к этому моменту. К тому, как пальцы Уилла скользят по его запястью, а сердце бьется так, словно готово выпрыгнуть из груди. Или: манифест на второй том 5-го сезона

После нападения демогоргона Уилл оказывается ранен, и Майк настаивает на том, чтобы перевязать его. Это должно быть просто – промыть рану, наложить повязку, и готово. Но руки Майка продолжают задерживаться на его коже, и с каждым прикосновением воздух между ними становится всё тяжелее. Они месяцами балансировали на этой грани, находя оправдания для того, чтобы быть ближе, но так и не переступили её. Может быть, пора перестать притворяться.

Ведь там были палящее солнце, шипящая газировка в стакане и… идеальные ноги Уилла Байерса.

Зачем Аргайлу такой большой фургон?