Когда Тошинори впервые поздно вернулся домой и увидел Айзаву лишь в одной из своих старых рубашек, он чуть не выронил сумку. Тошинори не понимает, как устроены отношения, а Айзава – не тот, кто может это объяснить, но они справляются с трудностями благодаря честности, чувствам и, возможно, следам от укусов.

Айзава временно теряет зрение, но Тошинори рядом и не дает ему слишком зациклиться на проблеме. То, что казалось наказанием, превращается в новый захватывающий опыт для обоих.

У ревности, как и у любви, не бывает возраста. Ты можешь быть зрелым, насквозь разумным человеком, но один единственный улыбчивый хлыщ превратит тебя в сосредоточение злости.

(Оболочка) Тошинори ненавидит свое настоящее тело. Айзава обожает его.

Тошинори знает, что он недостаточно хорош для Шоты.

Айзава работает учителем начальных классов. На последнем месяце учебного года в школу устраивается новый физкультурник, в прошлом самоотверженный спасатель, при этом лишённый всяких педагогических способностей. Так получается, что летом они примеряют на себя роли вожатых маленького детского лагеря, устраиваемого специально для класса Шоты. Их ждут две насыщенные недели: ответственные душные дни, бессонные ночи, бесконечные самокопания и один бледный рассвет после дождя, который изменит всё.

Каким-то чудом молодому виолончелисту Айзаве Шоте удается попасть в состав лучшего в стране симфонического оркестра. На первой же репетиции он встречает настоящую знаменитость, пианиста мирового класса, который для многих стал кумиром и примером для подражания...

В этой квартире происходило многое. И уже все не будет как прежде. Ведь теперь, ещё на месяц к нему должны отправить мед работника, для присмотра и произведения обязательных процедур. Тошинори был не очень рад этой новости, но пришлось согласится, чтобы его состояние совсем не ухудшилось.

Тошинори будто бы светится. Но солнце слепит глаза и заставляет плакать.

Говорят, родственную душу можно искать всю жизнь.

– Ты ведь привязался к ним, Айзава-кун?

Двое уставших мужчин находят утешение в еде и друг друге.

Но, увы, ему приходилось довольствоваться лишь видом из окна и сквозняком из форточки в актовом зале, где сейчас проводилась репетиция самой глупой, по мнению Шоты, пьесы Уильяма Шекспира – «Ромео и Джульетты». Классный руководитель 2-А решил, что стоит в конце года устроить небольшой спектакль для всей академии...

Меня раздражают до смерти эти неловкие ситуации, когда я слишком долго смотрю на него. Непозволительно долго, когда уже следует отвернуться. Он как яркий свет. Но моя позиция всегда была такова, что чем ярче, тем хуже.

А что если бы они стали людьми и были вместе?

Айзава стал жертвой неконтролируемой причуды ребёнка по имени Амур. Странное поведение Сотриголовы ставит Всемогущего в любопытное положение: Ямада из раза в раз повторяет, что "это понарошку" и стоит просто переждать, но ведь чувства Тошинори настоящие.

Легко говорить юному Мидории, что они с Айзавой "не ладят". Сложнее смотреть на темный каскад наверняка мягких волос,  который так и тянет потрогать, и усилием воли останавливать руки.

(Тяни-толкай) Человек, держащий на плечах целый мир, и дурак, влюбленный в него.

— Кстати, — Тошинори решил первым прервать тишину, — у нас вечером собрание, как думаешь, я нормально выгляжу? — Нет, ненормально. Рубашка слишком облегает твоё тело, ты снова не застегнул верхние пуговицы, я могу видеть твою шею и ключицы, это отвлекает меня от работы. — Прости, Айзава, не думал, что ты так строго относишься к внешнему виду. — Да нет же, просто это слишком возбуждает.

Они оба все понимают. И знают, что это обречено на какую-нибудь махровую драму в конце. Их привязанность не похожа на влюбленность молодых, вдохновленных романтикой и буйством гормонов. Она скована многими «но», имеет паршивый привкус, поддаться ей мешают здравый смысл и опыт. Но стоит ли так рьяно отрицать то, что уже существует? Отдельные, хронологически последовательные зарисовки об отношениях двух людей.