он низкий, гораздо ниже Жана, но примерно того же возраста. в его голосе звучит странный акцент, и Жан с неким отвращением готов поспорить, что это британский. одет во что-то домашнее и смотрит так, будто они с Жаном знакомы уйму лет. голубые глаза, цвет которых Жан может видеть от света сигареты, покрыты плёнкой скорби.

Взгляд Натаниэля жёг затылок. Вес этой интенсивной синевы давил на него, вызывал горечь во рту. Жан понял, что он чувствовал, чего хотел. Точнее, чего не хотел. Он не хотел, чтобы Натаниэль оставлял его одного, не хотел, чтобы тот возвращался к Лисам. Он так, так не хотел снова остаться один.

Всё, что остаётся Жану, — это наблюдать и изнывать от боли. Оказывается, когда твой мозг, твои чувства делают тебе больно, — это воспринимается тяжелее, чем когда боль причиняют телу. Но он справится. Ему не впервой. (всё происходит сразу перед "после рождества хочу сказать лишь «stay with me, and i’ll stay for you»")

"Я собираюсь ограбить Санта Клауса" - этими словами Жан дал старт их небольшому приключению, окончившемуся так, как он и предполагать не мог

— я собираюсь возродить Натаниэля, — разочаровал. все предметы, движимые магией Рене, на секунду замерли, чайничек с чаем упал и разбился, а лейка покачнулась. — ты?.. ты собираешься что? — о да, она думала, что он окончательно свихнулся. Жан тоже так думал, но Элисон нет. — возродить Натаниэля, — он повторил, будто именно в том, что Рене не расслышала, была проблема. — мне приснился сон, где я смог это сделать.

— Чего ты хочешь? — спрашивает он спустя целую вечность. Тебя, — думает Жан. — Может быть, домик в горах, собственный сад и собаку. Но главное — тебя. Потому что хотеть Натаниэля — значит, хотеть быть счастливым.

Нат начинает лупить по барабанам. Рико, Кевин, Жан, они играют, как в последний раз. Это громко. Так, что уши закладывает. Так, как не звучала ни одна их вступительная песня. Рико чувствует замешательство зала. Ноги все еще дрожат, и он ищет опору в стойке с микрофоном. Это не просто очередная их песня. Это та часть истории, которая не вышла в свет. Это их правда. Это их признание. Их крик.

События, происходившие в гнезде. Что если бы Жан привязался и доверился Нилу слишком сильно.

Это было по домашнему, размышлял Натаниэль перед тем , как заснуть. Сам Моро был причиной того, что он не боялся этого ощущения и позволял этому чувству оплетать его сердце, как лозы, из которых он никогда не захочет вылезти, ведь шипы были направлены не на него, а на тех, кто попытался бы навредить их маленькой семье из двух человек. [AU, где Натаниэля всё же продали Мориямам, и он партнёр Жана с самого начала.]

Всё просто: Жан не обижается.

Этот небольшой сборник милых историй о Жане и Натаниэле.

Кевин, Жан, Нил и Эндрю попали в команду «Воронов». Теперь у сборной Эдгара Аллана нет конкурентов… Но на долго ли?

–Глупый, –прошептал Жан, не поднимая взгляда на рыжеволосого, –Ты можешь хоть раз его не провоцировать?

Все произошедшее за семь месяцев кажется таким неважным, когда есть только они. Только крепкие объятия, сбитое от накатывающих слез дыхание, легий поцелуй в макушку и мякгое тепло внутри. Плевать, что из-за повисшего на нем тела становится просто невыносимо жарко. Это не имеет значение, когда Нат наконец снова может дышать полной грудью, испытывая невероятное облегчение.

Жан всегда считал ревность чуждой для себя эмоцией — иррациональной, обременительной, ненужной. Но когда он видит, как Натаниэль флиртует с Миньярдом, внутри всё кипит. Что же из этого выйдет?

Мысль о том, чтобы заявиться к Жану в кружевном нижнем белье, пришла Натаниэлю в голову совершенно спонтанно. Возможно, он бы и вовсе отказался от этой идеи, но во время крайней прогулки по торговому центру ему в глаза, как назло, бросился один интересный магазинчик. Естественно, Натаниэль не смог сдержать себя при виде такого разнообразия цветного кружева.

Жан и Натаниэль связаны невидимой нитью связи, дающей им право влиять на жизнь друг друга. Что делать, когда твой соул — это полный сумасшедший, с которым невозможно договориться, но ещё сложнее — игнорировать?

Натаниэль видит, как Жан утопает в ненависти к себе, и решает доказать ему, что он достоин большего. Но кто спасёт спасителя, если чувства окажутся не взаимными?

Нил не знает, зачем приезжает в Новый Орлеан, просто надеется развеяться и найти вдохновение. Находит он там гораздо больше.

тревожное чувство жгло под кожей с самого начала дня, не предвещало совершенно ничего хорошего. оно – перекручивало изнутри и заставляло мозг подкидывать самые сумасшедшие и психованные идеи. а может не такие уж сумасшедшие и психованные, если смотреть через призму того, что нормального в их жизнях было целое ничего.